"Поцелуй с укусом"

(интеллектуальное хулиганство)


редакция от 25.01.2023


Download
Поцелуй с укусом 25 января 2023.doc
Microsoft Word Document 480.5 KB

Краткая аннотация

Эволюция только приступила к работе,  строгает то полешко, из сердцевины которого, есть надежда, и выглянет когда-то Человек. 

4, 5 миллиардов лет заселения Земли ушло на то, чтобы определиться с выбором хотя бы одного кандидата: из отряда млекопитающих, который, при определенных условиях, будет претендовать когда-то в будущем на роль Любимого Детища Эволюции,   с чьей помощью она и будет делать часть своей многотрудной работы.


 

Фигуранты и подельники:

 

Онуфрий Рёбрышко,

Участковый Ухо,

Марьяна,

Вениамин Глыбин.

 

Ещё лишь несколько секунд обратного отсчёта... Дыц!.. и слова сами слагаются в текст, – результат мозговых поллюций.

По факту, влюблённое в волшбу д е й с т в и е, в вечном поиске интригующей завязки (с прицелом на не менее интригующую развязку), мечется между   

–  сокровенной (первобытной) средой обитания в медвежьем углу, где рано или поздно находит себя лежащим на спине (на боку) и погруженным в состояние – последовательно: ленивой блажи и нежной мечтательности… медиативного умоисступления… хандры и истерии (одновременно), с отвалом башки (в особенно удачные дни),

 и, как отчаянный шаг,

– обольстительными бутафорскими миражами городской техноцивилизации, манящими вожделением и соблазнами… вдоба-авок: заманухами, блефом, подставами… вдоба-авок: троллингом, мистификациями… ловушками виртуала и обманками блуда,

 и пребывает от этого в незалечимом помрачении (но с сюрпризом внутри).

Короче, губы разомкнуты желанием… Но пока тискаемся ради тепла.

 

·                                      1.

Оттепель. Ближе к рассвету пришло нарастающее завывание ветра и поплыли с болота пузыри ядовитых испарений. В котельной «Районной психиатрической клиники «Борец»» сквозь мёрзлые окна шевелятся одутловатые тени.

О н у ф р и й, черпавший ложкой из алюминиевой миски нечто дымящееся, тяжело поднимается; берёт совковую лопату. Вяло подбрасывает уголёк в топку. Сдвинул на затылок потёртый кожаный берет, обтирает ладонью лоб.

Кто-то обхватил его сзади. Сдавил, хрюкая от удовольствия, грудную клетку, проявив недюжинную силу, и тут же отпустил.

 

Участковый Ухо (обрадованно выходит на свет). Ты?

Онуфрий (настороженно). Я…

Участковый Ухо. Онуфрий Рёбрышко?.. Чего-то тут у тебя? (вприскочку вышагивает, цепко осматривая котельную) дын-дын, дын-дын!.. дын-дын, (чихнул) дын-дын. Первое, конечно, оглядеться… Ты знаешь, что я умею находить направление в пустыне? (Подцепил за ручку мятое ведро, перевернул, вывалив горкой прогоревший антрацит. Поковырялся носком сапога.) Сейчас потренируюсь на тебе.

Онуфрий (не отходит от него). Простите…  всегда забываю…

Участковый Ухо (представляясь). Участковый... (икнул) Ухо! (Ходит вокруг него кругами враскачку.) Паренёк! Отколовшаяся конфессия тут у вас?.. Запах какой-то… (потянул носом) не ландыш. Дикая борода… Поэтому сразу по делу. Жирафа Яшу ты истребил?!

Онуфрий.  Простите?..

Участковый Ухо. Это не ответ!.. Оборудование есть?

Онуфрий.  На что?

Участковый Ухо. «На что» я тебе подскажу.

 

О н у ф р и й потирает глаз. Посапывает носом.

 

Думаешь с натугой. Выговариваешь неуверенно. Подтяни мысли! Играем в обратную сторону. С чего началось то, что началось?!

Онуфрий.  И как я должен догадаться. Мы о чём?!

Участковый Ухо. Неравномерно усваиваешь? Не знал, что я задам этот вопрос, нежный?

Онуфрий. Стоп, официально: куда идти? какие бумажки собирать?!.. Извини, сейчас я сам с собой фантазирую. Давай так… я вижу твои качества: ты добрый… Или это уже говорилось... Голова мутная… хотя на ощупь твёрдая…

Участковый Ухо. Мы подлечим. Если ты ещё не знал. Второй заход!.. возьмись для начала

за что-то маленькое. Как там тебя в школе учили? «Рассмотрим молекулу воды».

Онуфрий. Где?

Участковый Ухо (пнул ногой бумажный мешок с углём). Ты первым узнаешь... В уме!

Онуфрий. Так-так, и что она там, молекула?.. немножечко мимо уха пролетело. (Почесал, не сгибаясь, колено.) Ну, вроде как, чтобы понять! Вдруг здесь этого не потребуется. Я правильно рою?

Участковый Ухо. Ага. Буду учебник тебе на ночь читать. Беру дорого! Вопрос тот же.  Что занесло тебя в эту дыру?

Онуфрий. С того места, на котором остановились?.. ты про физику говорил.

Участковый Ухо (багровея). Реалистичней, конечно… посадить тебя в «позу лотоса», по щелчку. Даже если ты мне нравишься. Ни на один вопрос не отвечает! А то сейчас ещё чего-нибудь спрошу.

Онуфрий. Дай догадаюсь… натаскиваешь меня в криминалистике?

Участковый Ухо. Третья нога стала на дыбы?!.. не буду говорить, куда. Не факт, что в нужную сторону.

Онуфрий (молчит, глядя себе под ноги). Поступим умнее. Поговорим о другом. Просто о другом.

Участковый Ухо. Чё, изомлел?!.. Нашмыгает соплей полный рот, – и пускает пузыри.

Онуфрий. Честно – стараюсь понять!.. Замысловатые указания какие-то. Решил на мне потренироваться?.. учесть, что мы вообще пересеклись не в том сне (видимо, началось!). (Устало потирает лоб.) Странно, что именно я попался…  Стоп, я задумался.

Участковый Ухо (жёстко сблизился). По-мужски. Никак не прочухаешься?!.. Правильно понимаю, собрались с тобой шелушить керосин?.. одна кружка на 10 кг живого веса. Почти что пошутил... К стене!.. попробуй за 3 секунды, больше не дам!.. Уши отклеились? не будешь пользоваться?! Руки за голову! (Пока О н у ф р и й выполняет команду, снял фуражку.) Как я мог его проглядеть! (Низко, набожно, поклонился три раза в мшистый угол.) Примерно так… быстрый осмотр места совершения правонарушения провёл. (Остановил взгляд на «литровке».) В бутылке осталось? на донышке?.. Обещаю попробовать. (Принимает из рук О н у ф р и я пиалу с вином.) Не последняя. (Пьёт, смакуя каждый глоток.) Хочу дать тебе задание – придумать ответ на мой вопрос. Начали? (Загадочно подмигнул.) Кладёшь лицо между колен… и взрываем – в верхней точке – порох. Пуф-паф! Паф… паф… О, опять. Голос с утра, прямо у-ух!.. Шикарная, знаешь ли, была у меня дикция.

Онуфрий. И так… неплохо.

Участковый Ухо. Если вообще продолжать… Бывало, (деревянным басом) два глухаря…  – одним рыком!.. под развёрнутое знамя! вот что творил. Получилось? Попробовать ещё?

Онуфрий. И так неплохо!

Участковый Ухо (скалится). К разнообразию не приучен; свежеобученный… меломан. О, попало в русский язык наконец это слово. (Заглянул в миску с недоеденным «дошираком».) Чего молчим?.. Ты – деклассированный элемент, истасканный блудом. Хочу спросить, – совершенно случайно… Борзо отныкать! – засеянную мной поляну. Вот так, вдруг! (Опередил О н у ф р и я, перехватив у него миску.) Стоп, мне полную порцию. (Позаимствовал и ложку.) Категорическое улучшение аппетита. (Присел к столу. Начинает жадно хлебать.) С кем "пирог" делишь, с главврачом?

 

О н у ф р и й тоскливо наблюдает за тем, как миска пустеет; громко чешет затылок.

 

Почти ресторанного качества, (обтирает рот рукавом) хочется иногда! Но остался жив. Смело!.. Ладно, скоро твоя очередь врать. Как узнается потом. (Приподнял крышку кастрюльки, принюхался.) Мухоморчики? Забористые?.. отравимся?.. Пожуём храбро, – и сразу захочется делать детей. Шурупишь, в чём анекдот? Организм не хочет сидеть с утра только на керосине... э, на фенилкарбиноле!.. кто бы отрицал. Не то чтобы не пробовал.

 

 В дымовой трубе загудело. С крыши отозвался густой повелительный звук. Подключается эхо, сталкивая звуки нос к носу.

Оба умолкают, таращатся в сводчатый потолок.

 

Вырядиться в женскую кофту, – часть замысла? (Энергично поднимается.) Ну, что там опять? – то ли заело… не пытаюсь ничего сложно сформулировать: нашёл коньяк?! Гляди, как правое плечо… двигается. Просит работы! (Примерившись, повалился в продавленное разлапистое кресло, развернулся боком и, перекинув ноги через подлокотник, закинул руки за голову.) А мне вообще комфортно тут. (Блаженно прикрывает глаза.) Реально комфортно. Безотносительно всего. Ф-фу!.. После «доширака» дремлется чего-то. Левое полушарие работало допоздна… клюёт носом. (Зашевелился в кресле, садясь поудобнее.) Да-а… петухи поют… В болоте лягушка проснулась… Занимаюсь с утра демографией. Никто не скажет: он меня не учитывает!.. не придумали слов, чтобы это сказать. (Попивает чай из кружки   О н у ф р и я, уткнувшись в найденного на столе Лакана. Лениво то скрещивает, то вытягивает ноги.) Колено с утра тормозило, а тут как-то само собой стало (зевает) получаться.

Онуфрий. Задремал, в порядке смелого эксперимента… над единственной умной книгой.

Участковый Ухо. Вытянуть ноги… и делать выписки, сладкая аристократическая традиция. Но есть один уязвимый момент, (вывернув шею, обследует стены, потолок) попробуй тут уснуть!.. Да-а, адрес твоей супер-резиденции мы теперь знаем… А-а, вот что тут у него. (Пригнулся, заглядывает из-под руки.) Приохренел? Запутывать следы – только вредить! Главврач в доле?.. Без него, думаю, сложновато было бы. Надеялся, я не раскумекаю?.. Подтанцовывай, гражданин Рёбрышко, не молчи.

Онуфрий. Заслушался…

Участковый Ухо. Та-аак. А на самом деле?.. А у меня есть хороший ответ. (Сорвался и, спотыкаясь об антрацит, проскочил к входной двери. Нагнулся. Примеривается глазом к замочной скважине.) Вдруг образуются какие-то излишки?.. можно такое предположить? (Оттянул дверь на себя, но она тут же захлопнулась.) Фиг кому отдашь, я понял!

Онуфрий.  Понять… для чего такая интонация.

Участковый Ухо. Ну, и как я – должностное лицо – должен тебе ответить?.. Раз уж начали говорить – слово за слово… Более или менее научились говорить о тебе хорошо.

Онуфрий.  Загадочная подробность. Поздравляю... (шмыгнул носом) себя, наверное.

Участковый Ухо (подскочил вплотную и ткнул ему пальцем в низ живота). Здесь обитает блаженство?! (Ледяным тоном.) Поэтический салон?! Поделишься новыми стихами?.. «Багровый гений адюльтера». А то в голове моих накоплений уже не хватает.

Онуфрий. Слушай сюда!.. Если ты обращаешься ко мне… зачем-то.

Участковый Ухо. Нет, (замахал рукой, с просьбой не перебивать) не то! «Будуар багряного гения»!.. чего бы такого, казалось бы! Ща, не хрена, опять не считается! (перекрестился – как от искушения) что-то в голове болтается – не поймаю за хвост. А! «Гений багрового будуара»! Неплохо… В идее что-то есть. Пережитки аристократизма! Я согласен с людьми, без поэзии нам: живёшь, путая рифму… с хохмой.

Онуфрий. По порядку, это как?.. что значит, «поэтический салон»?

Участковый Ухо (приобнял в ответ). Беса лысого, даю четвёртый вариант!.. «Багряный гений будуара»! О, получилось, нездешним голосом.

Онуфрий. Ещё не легче… Хотя бы знать, что будет следующим.

Участковый Ухо. Ты переспрашивай. Выйдет дешевле!.. Минута уже истекает… (скалится, постукивая по цифровому дисплею наручных часов) ох, мутный!

Онуфрий (повалился в кресло, закинул ногу на ногу). Не вижу в этом никакой пользы… Дикость…

Участковый Ухо (сел на подлокотник кресла). Предприимчивость!.. Поставлять слабонервную шизу падким на экзотику клиентам. «Подкисшую клубничку». Чего лыбишься?

Онуфрий. Хорошо сформулировал. опил из кружки остаток чая.) Мозг мыслью отрос.

Участковый Ухо. «Клубничку с плесенью». Чтоб было гаже!.. Есть такой разговор среди местных: в пекле Преисподней в геенне огненной... арендовал участок на три сотки!

Онуфрий. Погоди, не понял. Сработало?.. Постучал, и меня впустили?!

Участковый Ухо. Ещё раз, кратко. Собираешься делать это здесь, у нас на болоте?

Онуфрий (рывком поднимается). Ладно… Для этого мне надо быть в изменённом сознании.

Участковый Ухо. Злой!..конкретно из джунглей! (С каким-то простуженным кудахтаньем откашлялся.) Понятно… секреты у тебя есть. Отследим.

Онуфрий. Кто мне хоть что-то здесь запретит?.. Долго нам ещё упражняться?! Мы закончили представление?

Участковый Ухо. Пометить территорию. Кластер огромной мощи и силы. (Сделал ему знак молчать.) С прицелом на влиятельных извращенцев… истеблишмент. Плохо, нет полного списка имён. Любителей щекоткой…  баловаться.

Онуфрий. Хочешь, подниму тебе настроение? Там, на полке, бутылка рома. Только не напейся!

Участковый Ухо. Ффу, представь, какое изо дня в день у меня однобокое общение. (Медленно прошёлся.) Бубнишь и бубнишь. Но… подписал присягу! поэтому держи служебный вопрос: Здесь пыльно?!.. Вдогонку вопрос от себя: Или не очень?.. Да, санэпидемстанция спит у нас непробудным сном.

Онуфрий. Терпеть, когда тебя тут поливают. (Ускоряя шаг направился к нему.) А это ещё что за текст?!

Участковый Ухо (отступает, нащупывая рукой кобуру). Куда?! Стоять!.. Подшёрстка на заднице обуглилась? ут же начинает привинчивать глушитель к пистолету.) Тихо!.. выдохнул! А то сейчас ещё чего-нибудь спрошу.

Онуфрий (защищаясь, выбросил вперед ладонь). Не тот палец на курке... опусти ствол!

Участковый Ухо. К стене! Руки за голову!.. Буксуешь мозгами. Я что-то смешное сказал?

Онуфрий. Случайно получилось… Я немного споткнулся...

Участковый Ухо. Сбавляй!.. взбрыкивания там. Давай потишеболее-менее… котик. Рискуешь! А то всё, что там от тебя уцелеет… будем проходить мимо женской бани... если впустят... Не выбрасывать же. Довольно честно!.. Есть повод прогреть ствол! Ладно, всё в спешке, на бегу. (Отвинчивает глушитель.) Получается, зачем-то тебя обидел. (Прячет пистолет в кобуру. Озорно подмигнул.) Даже патроны не понадобились... Не для! (Вырывает листок из блокнота.) Экспериментаторам! (черканул пару чисел и сунул ему в руку) люблю, знаешь: немножко напинаешь претендента... из кадрового резерва… и смеёшься до слёз.

 

О н у ф р и й пробежался несколько раз глазами по написанному. Фыркнул.

 

Смотрю на тебя… Будешь конспектировать? Мы и так уже час потратили.

Онуфрий. Нет, я думаю… думаю…

Участковый Ухо (отобрал листок, смял и швырнул в топку). Не вижу по твоему лицу.

Онуфрий. Бред! хочется нажать перемотку.

Участковый Ухо. Громче!.. почему-то заговорил… шёпотом. С утра по пиву старался? Нет, пьянство затягивает, это понятно. Называется: всё-таки если доползёшь… Знатоки допинг-контроля знают эту историю.

Голос (через приоткрывшуюся дверь). Мотоцикл ждёт вас.

Участковый Ухо. Прогнозируем так: это можно ещё спасти. Ничто не должно отвлекать тебя от творчества. Ну, в общем… давай!.. Подсказочка: мы с тобой работящие! Тезисы моего выступления пока не обязательно вывешивать в виде медных табличек – при входе.

 

·                                      2.

Ночь. Котельная. Полоска лунного света до стены.

О н у ф р и й  в спешке собирает в дорогу вещмешок. Проходя мимо входной двери, прислушался. Зашёл, держась простенка, к окну: всматривается из-за занавески в сумрак уходящей ночи; мёрзнет, уткнулся подбородком в воротник.

Бродит бесцельно. Тоскливо постоял. Прикладывается к бутылке с пивом.

Открыл остывающую топку; потянулся рукой к лопате… Полез в карман за смартфоном; названивает кому-то, блуждая в ожидании ответа, похлопывая себя по бедру.

 

Онуфрий. Ну так что? Алло!.. Пять часов утра: прайм-тайм. Как там у тебя, – сколько мыслей скопилось?.. Насморочный голос, буковки не выговариваешь. Сделай бодрящий глоток, ты с этим справишься... Два глотка? Так, как ты сказал, пожалуй, будет лучше: ослабло здоровье, – понятно, пришлось суммировать… Правильно понимаю – по старой схеме? день посвятил тому, чтобы съесть котлету? Видишь, как здорово… Даже это не удалось?! Бифштекс из скунса?.. как бы там ни было, будем считать ты внёс свою лепту в эту шутку. Скажу больше, можно без конца раздавать шутки. Скажу больше – несмотря ни на что, мы ценим твоё умение понимать шутки. Но когда продавать особенно нечего, шутки плохи. Шутка прозвучит сейчас! Была комнатушка... солнце светило мне всегда по крохам. Ну, если только, думал – занять… – всё это на воде, я понимаю. Или ещё: взять кредит. (Ноги подломились, присел на корточки.) Месяц-два – дальше что?.. Мысли – словно в щель запираются. Ну да!.. гадать, как бы смыться. Спрятаться где-то, вот именно. Можно и так, под лавкой. Что называется, двинул головой!.. Как я могу, прикинь, забрать её с собой, – если бы! Дело не в том, что не получится! Как? если она здесь на лечении. (Пробует встать на ноги.) Веня! Ты чем-то, не знаю, окончательно меня расстроил… Всё, я не собираюсь тебе объяснять. А то как-то накрыло. Хотя – теперь уж... Сказал со сна?! Слушай, твоя окрылённая фантазия… Силён!.. «делать кэш». Я этим славлюсь. Ну-ну, давай загнём хотя бы один палец... Ошалел? В химии-физике я ноль. На бирже, правда, приторговывал, ой, это страшный вопрос, даже пару книжек до сих пор у меня на полке... да, сберегательных. Во всяком случае, алгоритм (мозг моего торгового робота) – проясним… привозил мне в целом самоуважение. (Давится нервным смехом.) Ладно, это было так давно, что можно продавать как шутку. (Прикладывается к бутылке с пивом.) Опа! вот мы и приблизились; предлагаешь нам для него зарабатывать?.. на дачку в Ментоне! Ну и мозг!.. худшее в тебе, Глыбин. (Рывком встал на ноги.) И ещё одну звезду! – на погоне, – хай-концепт! после того, как он нас посадит. (Взглянул на часы.) Ладно. Переключаться с одной болезни на другую. (Пнул ногой воздух.) Крупнейший специалист по отъёму… Всё, устал я, Веня, от твоего трэша!

 

Утро сквозь щели в занавесках натекает первым светом.

 

Как угомониться, когда разбирает!.. тебе, конечно, это очень сильно сбоку. Баклан, довёл свой цинизм почти до быдлоюмора. Теперь серьёзно, Глыбин. Ну-ка, где его супер-резиденция, мы знаем. Учесть, что он в своё время упрятал тебя в психушку: трудно скрывать… Должно быть дно?! (Упёрся лбом в стену.) Будет обидно, если ты забудешь: удивлюсь. (Какое-то время слушает, импульсивно реагируя жестами.) Решение требуется! Пересидишь под столом?.. У тебя там ножичек перед глазами?.. взглянул – и, по-видимому, переволновался!.. То есть? Каким боком здесь главврач? В чём только его не подозревают!.. в радиусе тридцати километров просто воровать больше негде. (Сделал несколько круговых движений шеи.) Нет, если мы с тобой не растения… А вот так оно всегда! Хуже – стадо овец! когда по-другому было?.. есть список – два раненых головой долбодятла, – кого туда однозначно включаем. Давай!.. штурвал тебе в руки. Во влажном сне не приснится. Нет… просто мрак какой-то, некоторые слова хочется запикивать. Всё, ради реалистичности будем про­щаться! (Бросил телефон на стол.) Обсосок… (Неистово заряжает углём топку, так что пламя вырывается наружу.) Ха, утешил! (Спугнул летучих мышей, гнездящихся под крышей. Форсирует голос, стараясь их перекричать. Свирепо размахивает лопатой. Шагнул к топчану, повалился лицом вниз. Нащупал рукой ведро, надел на голову, и так «с головой» завернулся в одеяло.) Полежать… назовём это так: «в мешке тишины». (Сбросил ведро.) Останется только вмятина от моего тела!.. созревшая шутка. (Тоненько скулит.)

 

·                                      3.

Котельная. Косой дождь молотит по стёклам. Поскрипывает, утробно бухает в порывах шквалистого ветра всё, что приоторвалось или не закреплено.

Разложив на полу инструменты, при свете налобного фонарика О н у ф р и й прилаживает колёсико к детской, на проржавевших пружинных рессорах, деревянной коляске. 

Ожесточённый собачий лай за окном. Уже ближе. О н у ф р и й приподнял голову.

 

Марьяна (вбегает. Плотно прикрыла за собой дверь). У вас тут новый Шарик? (снимает мотоциклетный шлем) пришлось пожертвовать зонтик. (Оттолкнула кончиками пальцев поспешившего к ней О н у ф р и я. Но потом всё же позволяет снять с себя намокшую косуху. Наблюдает, оценил ли он её лаймовый, вклиненный с розовым, наряд.) Там – ливень, здесь – потоп. (Прошлась взглядом по просмоленному гарью потолку.) Крышу так и не починил. Меня бы это капанье воды так бесило, что к концу дня… Может, чего-то обследовать? Ты зафиксировал мою глубокую мысль?.. Потеха, похоже, среди нас я лицо самое заинтересованное. Чего ждём, Онуфрий, я плавать не умею. Ну, что же ты! Появилось интересное занятие. Неси!.. Хотелось бы в кресле развалиться!.. но ты так возбуждён сексуально. (Шалит, наблюдая за тем, как он усаживает её в прохудившееся разлапистое кресло.) Кто хочет сформулировать моё желание из трёх слов? (Подалась ближе к огню, греет руки.) Хотя надежды мало. (Нащупала у себя под бедром тарелку с засохшими остатками еды. Шутливо замахнулась… кидает ему под ноги.) Ты чего не поймал?.. тебе была дана одна попытка! (С улыбкой наблюдает, как сняв с её ног вымокшие мотобахилы, он раскладывает их на решётке у топки.) Вернуться – бумерангом – под своды родного «санатория»… «для покусанных бешеным койотом»; теперь уже без намордника. Меня просили задать себе вопрос: Для каких таких утех?! (Откинув голову, смеётся.) Представляла интеллектуальное меньшинство. Хорошо, ненадолго. (Поймала его за ремень и шутливо дёргает.) Гнала на байке мимо булочной, вспомнила нашу милую старушку. (Извлекает из рюкзачка бумажный пакетик.) Купила маковых кокурок; пихну ей втихаря в карман. (Зажигает вставленную в бутылку из-под пива свечу.) Байк, кстати, спёрли (догадываюсь, кто). Наберусь утром сил, поймает от меня (сердито выдохнула) что-то такое решительное, скажут: съел что-то не то. Тебе не лень чинить эту рухлядь?.. первое, что напрашивается: обновить «таксопарк». Онуфрий! Текст забыл?.. поднатужился характерно. Слышу твоё… почёсывание. (Потянулась к нему рукой и погасила слепящий глаза налобный фонарик.) Или ты в это время думаешь?.. Взгляни, как держится. Обрадуй – купи ей что-то новоизобретённое.

Онуфрий. Созревшая шутка?

Марьяна. Шутку я не обещала. А что, шутка прошла? (Ждёт.) Если ответ закончен… К слову, чтоб не забыть. Прикольная, брейгелевского типа: озарённая внутренним светом старушка. Если что, мы все от неё тащимся. Интересный материал, вполне наш... Ливень – не ливень, – толкает перед собой этот «музейный экспонат». От одного угла стенки до другого, пока её за руку не уведут спать. Пример абсолютного погружения, – можно часами за ней наблюдать. Невозможно этому сопротивляться. Что все тут и делают.  

Онуфрий. Плохо, ты опять никак не догадаешься, что у ней есть имя.

Марьяна. О, сразу улучшилась работа ушей… Сейчас планирую вспомнить! (с улыбкой наблюдает за ним) приготовься.

Онуфрий. Записывай!.. дать бумагу? Ксения Васильевна!

Марьяна (кидается в него кусками засохшего хлеба). Есть что в тебе поправить!.. нацелимся преодолевать?

Онуфрий (зажигает тычком налобный фонарик). Так… Сколько ещё здесь пробудешь?

Марьяна. Ты что там уже – в пике?! (Подобрала под себя ноги.) Всё ещё дуешься, что я с её спины всю эту «красоту» отпорола?.. Или эту страшную мысль, может, позже?

Онуфрий.  Выбрали себе объект – подшучивать. 

Марьяна. Нервное?..  Хочется, чтоб у тебя там уже зажило.

 

Молчат.

 

Подозреваешь, что уже поссорился со мной?.. Нет, но кто-то должен был, в конце концов, покончить с этой дурацкой шуткой... Или этот бантик, пришпиленный к хлястику: пускай и дальше там пребывает?.. Ну! У тебя там ром? один глоток мне можно. (Полулежит в кресле.) Опять перед глазами это трудное лицо. И уши пунцовые. Хорошо-хорошо, (попробовала рассмеяться) разделить глоток на двоих! Забыла: утончённые пороки впереди или позади?.. сохранила, между прочим… монструозный ритуал! – любовь к рому.

Онуфрий. Обнадёживающая новость в чём-то.

Марьяна. Сам начинаешь поднывать. Ужасный какой разговор! (Отвернулась к окну.) Никто бы так и не узнал, если б не заплакала. Со вскриками, навзрыд. Я сама, прикинь, испугалась. Пробую успокоить, – всю руку ей общипала… – боли не чувствует!.. Зачем я это вспомнила, не знаешь?.. Хорошо, примчались санитары (чрез «сутки»). Решили, пусть так останется (ну, а то!). В конце концов, у каждого своя радость, им ли не знать. (Вздохнула и задумалась.) Позже… не знаю, – возможно, это уже она сама: вижу… по нижнему краю пальто – кружевная полоска тюля. Пускай! у каждого своё представление о нарядности.

 

К шуму ветра за окном вернулся дробный стук капель по стеклу. Громыхнуло.

 

Ну… собственно, видишь, я тоже смогла найти у себя какие-то мысли… Заело опять? Включи голос.

Онуфрий. Ощетинилась всеми своими колючками.

Марьяна. Не наоборот? (Со вздохом повернулась к окну.) Попробую как-то тебя развеселить. Фиксируй! участковый Ухо дырявое ведро несёт. Видимо, что-то начинается. Бредёт, ржавый гвоздь, на кормёжку. Споткнулся (мысль набежала, наверное)… уронил колодезную цепь… Спрашивается, что можно в этом колодце искать?.. клад?.. «старуху с косой»? вот это грамотно. У меня есть список из двух лиц – для неё! Кстати, ты всегда хохотал в нужном месте. Ну так что – я услышу тост?.. «Сохранить любовь к рому! да?.. и – на 47% (приятное разнообразие) к господину Фрейду». Я держу мысль, держу: жду!.. думай. Ну же, без нас начнут! (Сердито гасит слепящий глаза налобный фонарик.) Тебя разбудить?!

Онуфрий. Пёсик… которому ты скормила зонтик, Тузик… Подожди, дай договорить!.. В любую погоду, дожидается Ксению Васильевну. Бежит рядом с коляской, отгоняет ворон. При том, что она никогда его не кормит. Да что там – взгляда на него не бросит, вся в себе.

Марьяна.  Это имеет отношение к тому, о чём мы сейчас говорим?

Онуфрий. Изучай, это полезно... Что-то ведь заставляет его быть рядом.

Марьяна.  Расскажи.

Онуфрий. Ты начнёшь задумываться!.. Ввожу девушку в курс дела: даже главврач (вдруг любопытные заметили), по-моему, чего-то испугался... часто наблюдает за ними в окно.

Марьяна. Да?.. Хорошо. Пойду и я размышлять… Или ты сейчас мне всё объяснишь? Но прежде пригласишь в столовку и накормишь. Если для тебя важен, конечно, результат.

Онуфрий. Взвесь! на одной чаше весов – он (животное)… на другой – мы (полысевшие мартышки)... продукт полураспада чьей-то тупой мысли. (Передал в руки М а р ь я н е листок бумаги из блокнота, исписанный на четверть. Она, подавшись ближе к огню, пробежалась глазами по написанному.) Ты листок вверх копытами держишь!.. Ладно, не суть… Спрыгнув с утра с ветки, мало – к обеду – провозгласить себя царём горы!.. горы трупов. Это кино одномерное. Не нападать, используя «разум» как инструмент. Эмпатия!.. высший приоритет – защищать… Догнать мозги… пока не ушли!

Марьяна. Онуфрий… Всё, что ты провозглашаешь в своих статьях… «созидательный карачун». Не видно, чтобы много лайков собрал.

Онуфрий. Зато хватит нанюхаться. (Ходит, шлёпая по воде. Оседлал стул.) За что ни возьмёмся… тупо превращается в прямую линию.

Марьяна. Там есть ещё куда?

Онуфрий. А догадайся!

Марьяна. Мы здесь при чём? (Роется в своей косметичке.) Наверное, потому что так заточено! И вообще. Лимончик (это котёнок) отсоветовал мне читать всё толстое.

Онуфрий. Любопытным сообщаю. Никто, кроме человека, не делает из смерти зрелище. (Навис над ней, хрипло дышит.) Специалисты по патологиям!.. захочешь – не забудешь.

Марьяна. Не кричи, пожалуйста!.. итак можно разобрать.

Онуфрий. Откинулась на спинку кресла, к… красит губы…

Марьяна. Нет, зададут мне вопрос, я отвечу!.. можно сказать, мгновенно. Зря заводишься.

Онуфрий. Вспомнилось… давай я это произнесу: "Пилил л… лобзиком щенка и смотрел ему в г… глаза"... Как жить, зная, что это есть?! Мутации: инструмент отделки, ремонта… версия не очень: деградация!.. селекция в обратную сторону! (Свирепо растирает себе уши.) Утешает – бесславные вырожденцы уничтожают в первую очередь себе подобных.

Марьяна (с мрачной усмешкой). Всё отдаст!

Онуфрий. Я всё отдам!.. Оттого в умственной раскладке что-то такое назрело: приходится спускаться (постучал себя по лбу) в «подвал».

Марьяна. На предмет?.. Отсюда я делаю вывод: ты просто меня пугаешь.

Онуфрий. Как будто мало?!.. не доехала? поздно включилась в наш разговор?.. Слушай… быстро расскажу. Поливал в засуху молоденькое деревце. За мной из окна наблюдал… скажем помягче… одно слово пропущу… акушер-каскадёр. Сначала чем-то в меня бросил. Час-другой выжидал. И втихаря наконец нашалил. Появилось интересное занятие: согнул!.. Не поддавалось!.. так вырвал с корнем!.. больше не стал. Хочется гасить!.. Тварь… безусловная. Провоцирует. А ты только пучишь глаза!.. даже не обозначила своё присутствие.  

Марьяна. Ну-ка. От меня что ожидается?! (Устраивается поудобнее.) Держусь ровно, как палка!.. уговорил. (Медленно отпивает из бутылки.) Эмоции у меня контролируются вообще отдельным мозгом!.. Вспомню – что-то скажу.

Онуфрий. Волнуюсь по другому поводу… Я сам такой, – теперь хоть узнаешь. (Поплёлся.)  Мешаешь мне себя палить… Ну, как-то так.

Марьяна. Успокойся… И хорошо, что не стал больше связываться. Неизвестно, сколько на нём блох (все женщины меня поймут).

Онуфрий (отмахнулся рукой). Дальше сама.

Марьяна. Мысль свою высунул… хочу сказать, меня предупредили: умеешь наводить жуть… Как надо зашёл, а потом сорвался. Я, в смысле внутренней жизни, тоже перекорёженная. «Никак не дождусь санитара… (вымученно смеётся) узнать, когда таблетку пургена принимать». Онуфрий… мелким шрифтом: Не для «покусанных (подавилась вином) бешенным койотом»!

 

О н у ф р и й, похоже, ушёл в себя: навязчиво то и дело проверяет, на месте ли у него нос.

 

Ты в курсе – Вениамин запил. Для понимающих: тихо бледнеем. На кого будем валить, на тебя? (Не выпуская бутылки из рук, даёт ему отпить.) Опять что-то такое с ним замутил!

Онуфрий (хлебнул пару раз). Произошло это, скажу тебе, вовремя.

Марьяна. У тебя «интенсив»? (Смеётся.) Ты что, новичков принимаешь?

Онуфрий. Марьяна… Если б, скажем вскользь, психушка излечивала.

Марьяна. Вот, сам объяснил!.. Он опять завёлся: «Сверхчеловек»!.. «сверхлюбовник»!.. жильцы этажом ниже ходят на цыпочках. В смысле, чтобы выспаться… Но стрижку я на всякий случай сменила…Багряный… в тему к тебе: гений будуара!.. вот уж где дурная генетическая мутация.

Онуфрий. Ещё один?!

Марьяна. Неспроста же там всё намешивается. «Всевластный мачо»!.. красный от усилий; в уборную ему, видишь ли, требуется идеальный доступ!.. До кучи, – про съедобный презерватив что-то слышал?

Онуфрий. В его присутствии ты должна трепетать!

Марьяна. «Добрый» сегодня. (Поправляет берет на его голове.) Хотя бы самое ценное спасти.

Онуфрий. Я этого не обещаю.

Марьяна. Не хочешь узнать, почему я такая чумовая: колпак сорвало. (Ждёт.) Курю кальян, – в затяг!.. считается, это даёт шарм. Нет уж – слушаем до конца… я ведь тобой восхитилась: можешь даже записать себе в плюс. (Заглядывает ему в глаза.) Когда будем?! Что там у тебя лежит в священном месте? Мы начнём?! (Дёрнула его за ухо.) Задумался о чём-то великом?.. Нам куда?.. Меня опять учесть забыли!.. Ну да, твой нынешний философский период! Так вышло: сюжет... патологический. (Пробует встать на ноги.) Ещё и от себя: «Дайте ему там водички»!.. ничего, что я так радикально?.. Можно мне сразу забрать и куртку?.. зонтик не спасти,сказала бы я.

Онуфрий. Сама задаёшь вопросы, сама огрызаешься… (удерживает её за руку) главное, чтоб не случилась смена полюсов… И вообще, не моя очередь отвечать.

Марьяна. Я не обиделась. Я красива и изящна! такая маленькая деталька. Впереди целая жизнь!.. случится ещё многое. У меня – невероятно загадочная. С каждым шагом! Вагон времени. Пять… семнадцать… сто три, двести четырнадцать, пятьсот месяцев! В путешествии сопровождают 7 чемоданов. Иногда даже злюсь. Догадываешься, о чём я толкую?.. в списке Форбс мы на каком месте?! (Смяла спичечный коробок.) Я почему такая раскалённая? Ну… где-то да. Только не надо три ответа сразу! Ты сам опять… как градусник с обнажённым нервом. Может, его надо массажем тренировать?.. Или что-то там куда-то пропихнуть; куда, – посмотрим…  Кто в такой момент хихикает?! Так! куда-то всё мимо. Да, здесь что-то против сработало. Кстати, постой. У меня в Питере ремонт незаконченный. Представляешь, просто мрак какой-то... Нет, но начну с вопроса, может, даже и пошлого. Серёжа… может, предчувствия? Ну, с этим у меня… Хорошо, пускай я это себе сильно притянула; для конспирации некоторые слова не произносим. И потом, есть ощущение… Я полюбила движение. Вскочила на свой трофейный байк!..  сорок километров, разве расстояние? И вот я здесь. (Подобрала ноги, обхватив их руками. Вдруг начинает всхлипывать.) Враки! я кошечка. Женщина должна быть слабым существом, нет смысла конкурировать с мужчиной. Странное начало разговора… ещё бы меня не задело! Я вот всё думаю – думать ли мне дальше? (Приступ икоты. Досадливо морщится.) Я справлюсь... Поверь, уж я выложусь по полной. Ладно, собиралась начинать с другого… Последние 47 экземпляров твоего «практикума», чтоб знал, продала по 47 рублей. И вообще, твой взгляд меня дисциплинирует… это так понятно. Через раз, правда. Я же сказала: дисциплинирует! (Сфинктер зрачка нервно сжимается.) Забыл, с чего начинать?.. титульный самец!..

 

 О н у ф р и й привстал, неловко свалив стул. Берёт её на руки (глаза мутные, осоловелые) и, шлёпая сапогами по воде, переносит на покрытый свалявшейся периной топчан.

 

·                                      4.

Хлопает на ветру частично оторвавшийся лист кровельного железа. Ему вторит скрипом створка слухового окна. А тут ещё и ветер, дирижирующий всем этим оркестром, нагнал с утра тяжёлых туч, и дождь, ночью стихший, вновь застучал, отскакивая крупными каплями от оконных стёкол.

Тусклый свет от углей в остывшей за ночь топке также не добавляет котельной веселья.

Скользнул луч фонаря по окнам. Хлопнула, впуская холодный ветер, дверь. На пороге  В е н и а м и н. Черным-чёрен; волосы, заплетённые в экстремальную косу, скрывает надвинутый на глаза капюшон. Обнаружил О н у ф р и я  у топки и двинулся к нему.

 

Вениамин. Что делать с вечным поносом, – в редкие перерывы… понятно выражаюсь?.. Догадываешься? (Развалисто прохаживается у него за спиной.) Лично я в печали.

Онуфрий. А водку с солью?

Вениамин. Практически усыновил мою мысль… Только не дочитал до конца. Какая, к чёрту, водка с солью? Ещё пинка не пробовали, по сфинктеру, – пинок тяжёлый!.. Хочешь, смочу – эффект взрыва! – скипидаром… а? последняя страница интересней?!

Онуфрий. Если помнишь, достаём стаканы. И садимся за стол.

Вениамин. Компаньон-любимчик... морда… (Наблюдает за тем, как тот раздувает огонь.) Активный в своей сфере. Мы на какой страничке, – с конца… догадываешься?!

Онуфрий (захлопнул топку и развернулся). Уговорил: догадываюсь.

Вениамин (свирепея пинает его ногой). Сеанс изгнания дьявола! (О н у ф р и й, отступая, пытается нащупать на полу лопату.) Переславль-Залесская школа; если тебе подойдёт!

Онуфрий. Новые шуточки?.. фантазия у тебя…

Вениамин. Котлетный фарш… взбитые яйца… надо уметь изредка и это!

Онуфрий. Э! э! В чём вопрос?.. Личность сносит?! смертельно ушиб голову? (Подскакивает с испуганным восклицанием.) Поаккуратней заходи!.. возбудился. Угар анальной озлобленности?.. Руки… руки! Тянет клешню.

 

Сцепились. Падая на спину, один потянул за собой и другого. Сумбурно нанося удары, пыхтя и отплёвываясь, извиваясь ужом, пытаются насесть сверху и подмять под себя, тяжеловес – легковеса, легковес – тяжеловеса.

Темнота жадно накрывает их, – отлетевший фонарь освещает лишь хаотически рассекающие воздух, в разных плоскостях, ноги.

 

Вениамин. С цепи сорвался?.. Слезай!.. сам не догадаешься. Силач… (Оторвал от себя О н у ф р и я, встал на колено.) Тренированная клешня… (хрипло дышит) если уж что-то схватит, то схватит. Реалистичней, конечно, придушить тебя сразу… логично. Но счастье ведь ищем мы в другом? (Сполоснул два стакана водой из чайника и ставит на стол.) Уговорил, сегодня не придираюсь.

Онуфрий (отплёвываясь). Получилось заметно.

Вениамин. Мало… или много? (Принимает из рук О н у ф р и я початую бутылку водки. Разливает по стаканам.) Ну, никогда не поздно продолжить.

Онуфрий. Так это ты названиваешь?

Вениамин. Не страдай…

Онуфрий. Спустился к нам таким по дымоходу?.. а то вдруг штукатурка посыпалась…  

Вениамин. Появилась испарина?.. Пульс… такое бывает. (Больной хохот.) Моя позиция: закусывай! (Покровительственно похлопал его по плечу.)

 

Выпили: О н у ф р и й – хмуро выдохнув, В е н и а м и н – задерживая водку на языке.

 

Навёл меня на мысль. (Скосоротился в улыбке.) Эпопея! Рассказываю. Возвращаюсь как-то домой, – стал чего-то там такое присматриваться (я просто слежу за этим)… с дуба рухнуть! на балконе сушатся кальсоны. Но не мои. Не стал дожидаться лифта… вверх! – едва не проскочил свой этаж. Вламываюсь на балкон. На верёвке – прищепки… и никакого белья. Постоял, взвесил… и, чтоб не менжеваться, винтом вниз. Поднял глаза, – опять висят! Пригляделся. Ф-фу. Висят, но этажом ниже!.. этажами обсчитался! Почему-то так запало… Тебе, малыш, третьему рассказываю.

Онуфрий. Психушка, конечно, ломает психику. Как постараться.

Вениамин. Я правильно делаю?..  заподозрил здесь шутку.

Онуфрий. На тебя, Глыбин, естественно, не распространяется. (Предусмотрительно отступает в сторону.) Если опять не допьёшься: сообрази… до подарка судьбы.

Вениамин. Про «подарок судьбы» проясним. (Ухватил его за ворот рубашки. При этом они топчутся друг другу по ногам.) Хочешь казаться задирой?!

Онуфрий. Если у тебя настроение скверное…

Вениамин. Чтоб не тявкал! (размазывает ему кровь по щёкам – от раздувшихся в драке носа и губ) мозги перегреются. Дегустируй, Онуфрий… жуй!

Онуфрий. Приторчал? (Тянется рукой к лопате.) Э!.. Кто принял решение, мозг?

Вениамин. Что там у нас по рецепту?.. если коньяк огуречный не добавить в нужной пропорции…

 

 О н у ф р и й вильнул в сторону, что позволило ему пару раз удачно лягнуться. Свободной рукой зачерпнул из ведра угольную пыль, и метнул веером В е н и м и н у  в глаза.

 

Э! морда… руки-руки!.. Всё-всё!.. два шага назад! (Одной рукой трёт глаза, другую выставил вперёд.) Конь… Мы тебе разрешили?!

Онуфрий. Припекание мозга?.. порвал мне карман. Ладно, это пока жёсткая ничья. (Ушёл к топке. Подбрасывает уголь, так что языки пламени вырываются наружу.) Я не знаю, что от меня хотят!.. Момент мелкой ревности?.. Веня, давай я лучше тебя покормлю.

Вениамин. Только не врать!.. не тот случай! (Наконец проморгался.) Привык облизываться. Будешь играть теперь в мою игру, если решу!.. Среди нас есть финансово образованные?.. Пришёл к тебе не с типовым бизнес-планом публичного дома. Хотя этого хватило бы.

Онуфрий. Два анекдота подряд?

Вениамин. Это всё нужно! Но конкурировать с участковым Ухо…

Онуфрий. Жалко. А то устоять было невозможно. (Снял ботинок, уныло разглядывает на свет подошву.)

Вениамин. Да уж!.. сравнительно лёгкое занятие.

Онуфрий. Потому что испробовано?

Вениамин (хмыкнул). Слышу, как ты странички Уголовного кодекса – в голове: раз-раз-раз... – перелистываешь… «Гений… багрового бабуина».

Онуфрий (вытряхнул набившуюся в ботинок пыль). Мой случай не предусмотрен.  

Вениамин. Выявляется аспект (аспект!), в британских научных журналах публикуешься? (ткнул его пальцем под ребро) от меня заразился? (Снисходительно хохочет.)

Онуфрий. Какой частью мозга подумал, той?

Вениамин. Твою деятельность можно с блеском оживить. (Откинул с лица капюшон.)

Спокойно! мы будем находиться в правовом поле. У меня у самого за плечами прекрасная школа; помогает учился на кондитера… правда, потом некое сомнение пришло. Напомни мне сколько языков осилил, семь?.. четырнадцать?!.. я – три: родной… JavaScript, C++. Но это даёт мне возможность сожительствовать (в подтверждение постучал себя условным стуком по лбу) с бестолковкой-компьютером: спекуляции в финансовой Мекке и всё такое.

Онуфрий. Да-а… Не усну.

Вениамин. Мир содрогнётся! (начинает бодренько делать приседания) опа! дошли до самой насущной темы. таны спустились до колен.) Не с теми языками чалитесь, сэр, если что!

Онуфрий. Как-то механически начал, без подъёма… Веня! Спрессованная с луком жареная картошка. Как?.. Давай я всё-таки тебя накормлю.

Вениамин (подтягивает штаны, хрипло дышит). Как у тебя с энергетикой?.. ощущаешь себя в силовом поле? Ты не понял, это было предложение!.. Присел у замочной скважины: «исследования» (читал твои публикации) ведутся непрерывно. «Фрустрация либидо»!.. сердце сжимается, как представишь. Красочный порожняк!.. я восхищён.

Онуфрий. Веня… твой застенчивый злачный смех… Короче! бесконечно долго бубнил! Излагай-излагай… послушаем. Шутка удалась… Ну, и чего мы там увидим?

Вениамин. Так, понюхать!.. у состоятельных тёток трещит личная жизнь по швам. Тык-пык… панический страх – не удержать в постели мужа. Надо уметь видеть, где подстеречь!.. самый трендовый запрос гламурной тусовки.

Онуфрий. Между нами. Кто-то смазал тебе мыслительный механизм основательно.  

Вениамин (скалится, стуча себя по лбу). Думал, так, для реалистичности слоняюсь?

Онуфрий. Лютый интеллектуал...

Вениамин. Предстоит побороть тяжёлую и унизительную мысль, Онуфрий!.. что нельзя выйти (сплюнул) на восьмизначные значения.

Онуфрий. Была такая договорённость? А… ну да. Как всё-таки психиатрические клиники у нас… при обострении. Много знал и давно. Чего уж говорить... в любом случае горжусь.

Вениамин. Каждый день я должен кому-то завидовать?!.. Знаешь, я придаю большое значение этим мелочам. Так, стоп. Ставлю задачу. Короче, я – твой сексуальный дизайнер.

Онуфрий. Свершилось…  споткнулся головой о сосну?!

Вениамин (трясётся от хохота). Подзаймёмся! Что бы это ни означало.

Онуфрий. Не обошлось без озарения?

Вениамин. «Багряный гений будуара»… Звучит? Мой вклад!

Онуфрий. Кидаешь мысли из стороны в сторону, (торопится попасть ногой в ботинок; пританцовывает, чтоб не упасть) по-тёплому врезал... накопился критический объём?

Вениамин. Пришлось… Меня тут как-то на днях неожиданно торкнуло. В интернете немеряно роликов с выступлениями известных гуру, – на многотысячную аудиторию. Смотри, какой позитив!.. «Приклеить» твою голову… подумал я. Чудо монтажа!.. Дальше – строго по технике: ставим правильно свет, через фильтр, и – впариваем! по всем социальным сетям. Рецепты от международного гуру! (девчоночьим голосом) эротический фитнес! Гуру пикапа. Плотно оформленная страсть. Это тебе не Боря Буханкин. Первое!.. щас всё покажу. Если раскладывать по моим полочкам… сделали маркетинг… – смеёшься так, будто знаешь!.. Онуфрий! представляешь, оказывается, я не злопамятный… второй этап! – опаньки! – включаются все эти твои эротические фишки!.. будуарные фотосессии – с тобой, на фоне адского пламени из топки…

Онуфрий. Там не опасно?.. имею в виду – «отделение реанимации».

Вениамин. Подманиваем, подманиваем… «Ути-ути-ути»…

Онуфрий. Начинаешь искрить.

Вениамин. Это решаемая задача? мы верим в силу ритуала?.. Готовься… на этот раз будем тщательней. Элитный сегмент рынка. Как раз такое хотел?

Онуфрий. Ты утром отважно умял три редьки. Не спорь, (постучал себя по кадыку) пучит!

Вениамин (скалится). К окулисту!

Онуфрий. Да ну! пять?.. вижу, меня не узнаёшь, – перекосило. Семь?! Ага… где-то так. Но не закусывая! Увидел это в действии.

Вениамин. Ищи в уже сказанном... К окулисту! (Притянул его ласково за грудки.) Онуфрий! с разрешения?!.. секрет твой открою. С разрешения?.. Ты должен чувствовать свой оригинальный ум! У большинства вялый язык!.. прости, не знаешь цену своему баритону. Собрат твой по перу Лев Толстой, по-стариковски обзавидуется. Готовь чемодан: складывать будем такого порядка числа!.. нули – шеренгой: чтоб не разочароваться в арифметике. Или нет! Толстого живо в палату, под одеяло!.. не в качестве пациента, спешу уточнить. По старой схеме? «джек-пот» делим на троих!.. Нет, об этом пока молчим: на двоих. Всё, по кальянам пошла!.. старый наш спор: насчёт Марьяны будем думать.

Онуфрий. А как же… святой аромат. Вдохнуть её запах!

Вениамин. Врёшь! этих слов я не говорил… Выдвигаешься? проснулся? (Влажно чмокнул его в лоб.)  Главное, с источником заработка для тебя определились.

Онуфрий. Да… начал уже сочиться ожиданием.

Вениамин. Потребовалась выдумка… И как-то сразу всё соединилось.

Онуфрий. Глубоко, Вениамин!.. без вопроса. После этого надо ловить каждое твоё слово!.. и ждать следующего… Но рановато тебя выпускать.

Вениамин. Злой… палёный. (Криво скалится.) Взгляните на эти бычьи глаза… Типа,

последний плевок в душу. (Стал пританцовывать.) Вечные наши споры о методе. Ну-ну! Теперь-то уж чего под лавкой косить!.. При правильном подходе… Эй, тот, кто слушает! У тебя талант говорить (вся эта махина логики). Не знаешь цену своему баритону!.. Онуфрий, если опять сдаться! (Жёстко «поцеловались» живот в живот.) Ну!.. Что тебя одолевает, друг мой?.. Держать температурку!.. пока не перехватили кусок.  Лютый!.. не глядел бы.

 

Схватились, сопят, вскрикивают. Быстро завалились на пол. Сил уже ни на что не хватает, поэтому по большей части вяло перепихиваются животами, предпринимая время от времени попытки закинуть ногу за спину другого, при этом угрожающе… в немыслимой корче, на последнем издыхании закряхтеть. Мучительная возня.

Устали, отвалились в разные стороны…

В е н и а м и н тяжело поднимается, потирает распухшие уши. Отвалил, прихрамывая; слизывает и отплёвывает с разбитой губы кровь.

 

·                                      5.

Квартира Онуфрия; дизайнерская отделка, буйные картины на стенах. Много света.

Ближе к полудню сгущаются тучи, заметно усилился ветер, – одним из порывов свалило вазу. М а р ь я н а спешит к окну. Пытается захлопнуть оконную раму, но она ходит ходуном в её руках. Двери скрипят под порывами ветра... Закричала от беспомощности.

Прибежавший на шум О н у ф р и й сгрёб её в охапку и перенёс в сторону. После чего защёлкивает туго поддающуюся щеколду на раме.

М а р ь я н а вернулась в кресло. Натянула до подбородка плед и спрятала лицо в ладонях.

В кармане О н у ф р и я звонит, не умолкая, телефон.

 

Марьяна. Ответь! Это он названивает!.. спрыгнул с ветки. Артист... всех малых ролей.

Онуфрий. Грозовые разряды, циклон с юга… 22 м/сек. Это, чтоб знала, называется буря. (Выждал, наблюдая за ней.) Боюсь, что неправильно это слово произношу.

Марьяна. Если настаиваешь, абсолютно не интересовало. Ну вот о чём ты сейчас думаешь!

Онуфрий. Марьяна… ты так подробно поласкаешь разум. (Закрывает приоткрывшуюся от ветра створку шкафа.) Ведь не хотелось мне эти буквы произносить!.. Если что, спрячемся, конечно… (На голову ему сверху падает книга.) В таком режиме: пороть тебя есть кому?!

Марьяна (фыркнула). Наверное, ты что-то знаешь по этой теме!.. А почему ты спрашиваешь?.. ну, такое… Давай завтра!.. судя по виду, тебе надо вздремнуть.

Онуфрий. Он хоть тебя предупреждает?.. Или это твои импровизации?.. Жёстко скажу, и

тебе это придётся принять. Дивные отношения у тебя с мужем: пугает боевая позиция.

Марьяна. Где тело?! (Отбросила плед и прошлась.) Попробуешь угадать?.. Его работу могут делать нанятые программисты. (Осматривает из-за портьеры улицу.) Дешевле даже выписать из-за границы. Главное, десять минут назад светило солнце, только сели обедать. (Вернулась в кресло; сбросила туфли и подобрала под себя ноги.) Мечта!.. экономическое чудо в отдельно взятом кармане – особнячок на холме для обзора окрестностей. Не важно, кто первым спрыгнул с ветки – ты или он!.. Но смоется с нашими деньгами он.

 

О н у ф р и й сел на пол у неё в ногах.

 

Ты сыт?.. поклевал с тарелки…

Онуфрий. Накручивай себя, накручивай… себя распалила и меня. (Стягивает с неё плед.) Боюсь отдавить ноги сидящим… Так меня распалила… Начинать с того, что потереться носами… проверить, насколько работает. Вот именно, туда!.. Вдохновились… о, заговорил окаянным шёпотом. Ну, так я пошёл?

 

Накрылись с головой пледом, и там со смехом целуются.

 

Марьяна. Как ты меня тут нашёл?.. перестань! «Стопочку» там понажимай! (Отбросила плед.) Слушай… я за тебя краснею. Ошибся с направлением? Алло! (Шутливо приложила ладонь к уху.) Как-как?.. не расслышала. А что такое? что?.. Уже передаю трубку. (Давится смехом.) Ты побледнел?.. Главное, был так поглощён!..

Онуфрий. Осеннее настроение?.. хочется гулять в дендрарии?.. Раскрой ладошку!.. На счёт три! Раз! Два!.. отпускается без рецепта?

Марьяна. Можно подумать, опыты медицинские! – в отсутствие дежурного врача проводишь. Вообще-то. С юмором говорит мне: не высовывайся!

Онуфрий. Сосредоточенно!.. снимаю, одним движением, н-на! брюки, носки, – показываю!.. под одеялом, конечно. Иначе придётся включать запасной план, что означает… детская игра: рыть туннель.

Марьяна. И по-прежнему будешь повествовать… (хохочет, повизгивая, чем ввела его этой своей реакцией в кратковременный ступор) с каждым заходом… что до руки девочки дотронулся врал? в пятнадцать лет… Сядь… в спокойном режиме!.. стань в сторонке. Дорвался… Лучший результат получается, когда ты молча сидишь на табуретке. И жду всё-таки конкретного ответа. Мало того, что Веня навёл на нас бандитов. Согласна, не верится!.. В любом случае мы от них откупимся; вроде бы что-то кому-то… отстёгиваем. Уснул? (Заглядывает ему в лицо; поглаживает, не даёт убрать руку.) Задать другой вопрос?.. Не в

том месте проснулся?

Онуфрий. В… восхищаюсь твоим к… красочным анализом. Сказано для смеха?.. Может, нам (дёрнул подбородком) по третьему к… кругу пойти?

Марьяна. Мы же контролируем его действия?.. Он пьёт! Пришёл к выводу, что взяли его в дом для этого. Хочет выкупить мою долю?.. я назначу цену.

Онуфрий. А, наконец… (ком в горле) д… добрались. Перпендикулярно с… содержанию... (борется с нервной дрожью в лице, отворачивается) но почти все слова… осмысленные.

Марьяна. Это то, о чём я кричала все последние дни!.. Самодовольный болван! Меня бесит!.. вышагивает с подчёркнуто не завязанными шнурками!.. ушли мозги! после укушения дятлом. (Возбуждённо хихикает.) Алкогольная шизофрения вернулась?.. совсем вторсырьё. «Генетический брак»!.. при том, что голова большая: что-то постоянно там шевелится.

Онуфрий (разминает рукой шею). Наконец-то уже не я.

Марьяна. Коллегу так и тянет на нары!.. Как-то странно кривишь лицо. (Взяла его за плечи, повернула к себе.) Угадай, как я буду действовать? Сразу подсказка! конечно, платная. (Тянется к бутылке; пробует выжать из неё каплю в бокал.) Сложное выражение лица, – притворился спящим…  Будем подсказку слушать? Я что-то говорила… он ничего не слышал!  

Онуфрий (устало смотрит в бокал). Не повод раньше времени совать голову в петлю. 

Марьяна (хохочет, откинув назад голову, томно изгибается). Профессор! Не ставьте мне пятёрку… плакать начну!.. только не пятёрку! Не успела рот открыть… Хорошо, что у нас есть… я. Короче, это выгодно. Но тянем с двух сторон!.. – моё воображение (грозит пальчиком) украшаем твоими математическими формулами.

 

Стихия за окном разбушевалась, разряды пошли один за другим. Шквалистый ветер.

 

Получится у тебя сегодня ответить, (шутливо дёргает его за волосы) не получится…

Онуфрий. Где уж мне было рассчитывать… надеюсь, не ешь грязными руками? (Вздохнул.)

Марьяна. Правильная история будет, если идеи на этом не закончатся!.. Куда ты весь направлен? (Соскочила на пол. Пританцовывая, с небрежным изяществом подошла к столику с напитками.) Или пока об этом молчим?.. Сразу подсказка! конечно, платная. Иногда я думаю… хочу понять. (Прихватив бутылку, возвращается.) Если всё не обговорим… Ты обещал: выпусти меня на волю, пожалуйста! Ощутить своё новое тело, нетронутое… Онуфрий! Внутри себя яма. Остаток от чего-то. Свеча погасла. Темно. Глядишь в стену и рыдаешь… Из какого века я к нам спустилась, если что?

Онуфрий. Как было бы неожиданно… Я прослежу.

Марьяна. Так мучи­тельно бывает... Всё это время неопознанной спала! (Взглянула на него через ресницы, улыбаясь.) Придумай меня, ты, чёртов психолог! Сделай!.. это ещё как-то

называется... сам говорил: «Как инструмент заточен»!

Онуфрий. Разговорился я что-то, на разные темы. (Зевает.) Тс-с, ты меня разбудишь.

Марьяна. Помоги-ите…

Онуфрий. Слушай, если ты будешь ко мне приставать… Отправим тебя к себе в постель?

Марьяна. Помоги-иите... Ничего, что я так сказала?

Онуфрий. Куда ты несёшься?.. Ты же знаешь, как это бывает.

Марьяна. Нет, ты как-то поучаствуешь?

Онуфрий. Хочешь быть владычицей морскою – наломать дров?.. Придётся ведь… Нередко образы масштабируются так: хрум-хрум… хряск!  (ждёт; просвистел пару нот) хррумп!.. Добавить перец, лавровый лист, гвоздику… прибавка – для кого-то – к ужину.

Марьяна. Поговорили… Аккуратненько унизил.

Онуфрий. Можно и срыв спровоцировать, ещё не рассказывал?.. «Не, мне не сюда»!  

Марьяна. Договоримся как-нибудь и без тебя!.. Себя! ущипнуть… (Сидит, поджав под себя ногу; прислушивается к завыванию ветра за окном, при этом искоса наблюдает за ним.) Столько говорят об этом… Ну, хоть примерно. Ты, любимец муз!.. чьих-то. Бывших.

Онуфрий. Тоскливая нервность... В чём выразились твои нравственные страдания? Ещё раз, – забыла, куда собралась? Заостряю: поскольку прошлое и настоящее взаимозаменяемы туда не попасть, получается всегда как-то мимо… Прости, что «приоткрыл». Фу-у-у!.. требуется успокоить скандалистку. (Кладёт руки на её колени, и демонстративно роняет на них голову.) Скажу понятно: я та матрица, на которой ты оставляешь следы босыми ногами. Некая симуляция, в которую ты, «таинственная незнакомка», подселена как андроид. Поставить заглушку на выход?.. кстати, из языка сапёров.

Марьяна. О, и скалится ещё.

Онуфрий. Я – повелитель ушей!.. если спросят, ты сама догадалась. Заменяю собой твои тактильный ощущения, – зачем они тебе? Совсем другой рельеф ощущений!.. Успеешь добежать до двери?

Марьяна. Главное, смешно.

Онуфрий. Это как колоться – наркоману.

Марьяна (вновь соскочила, лениво прошлась). Тогда... чтоб я понимала. (То вытягивает, то поджимает губы перед зеркалом, делает хаотичные жесты руками.) Я смогу при этом что-то контролировать?

Онуфрий. А кто-то проверит?

Марьяна. То есть, девушку ожидает сюрприз…

Онуфрий. Как такой объяснить!.. Дай-ка мне чуть пощупать: пульс твой пощупать… Выражусь алогично. Великий бонус! сюрприз ожидает её пылкого любовника.

Марьяна (модельным шагом вернулась в кресло). Здорово всё предусмотрел, обычная вещь. Тебе хочется выставить меня слабоумной? О, сейчас начнётся… нагромоздил. Твоё обычное мастерство. То есть, нет… не так… С выражением отвечать? (Смеётся, не может остановиться.) Так, ну, хорошо, просто вынуждена. А теперь слушай!.. Тщательно всё продумаю... Хочется рычать!.. От боли сдаёшься… Что я скажу: пробуй!

Онуфрий (хмыкнул). Вместо тоста!.. «Боже, куда меня понесло»! Давай так. Ты – обезьянка. Израненная ожиданием. Выяснилось нечаянно. Еле спасли. Позируй!.. внутреннее возбуждение, вот это оно и есть!

Марьяна. В нормальном смысле… что это было? инструкция?

Онуфрий. Так это работает! – эмоции удваиваются!..

Марьяна. «Обезьянка». А это как-то видно по строению черепа?

Онуфрий. Если знать этот язык!.. Сама подговорила раздразнить…

Марьяна. Садистское воображение… Или это я так менялась?

Онуфрий. Потом будет меньше вопросов, не переживай.

Марьяна. А на моём примере? На моём!..

Онуфрий. С ушами проблемы? не от меня заразилась?.. Застряли на «оральной фазе»…

Марьяна. Сделай одолжение, пересядь-ка.

Онуфрий. Пятый раз экспериментируем… не знаешь, что делать со своим хвостом?

Марьяна. Так я и думала, что ты осмелел! Так я обезьянка? (упёрлась ладонью ему в грудь) или овца?.. Чтоб я эти сочетания не слышала! Я могла бы – давно. Но я хочу быть хорошей.

Онуфрий. Так уныло?..  Навёл порядок, как мог. О, опять… Не зашло?.. Не любят Онуфрия за инициативу. Ты не готова!.. Тебе не интересно выздоравливать?.. потом наказываешь себя за это. Иди к маме. Говорю тем, кто понимает намёки: не готова.

Марьяна. Оставь, не трогай меня!.. «навёл порядок, как мог», вот твои словечки. Здорово соображаешь, когда тебе надо!.. Всё? Так я побежала?.. Нет, в чём тут смысл, а то я забыла спросить…  

Онуфрий. Днём раньше, днём позже... Больше провозимся!

Марьяна. Тренируешься? Ты там закончил?.. Плохо, я не записываю… Нагромоздил.

Онуфрий. Есть повод показательно откошмариться… Убедить тебя, что знаю твои мысли лучше, чем ты сама! Обезьянка, овца… мурка-царапка… я – глоточками! Внутреннее напряжение! – там есть ещё куда. И потом, – это образ такой (у каждого свой).

Марьяна. Ничего, тебе припомнится… Вопрос: страх нагонять?! На кого? Я – на тебя, ты – на меня? В чём прикол? (Ждёт.) Готова спорить: промолчишь.

Онуфрий. Потерпи три секунды – я очень глубоко. Именно «крашеной блондинке… в багряном» (искренность какая-то смелая) подвластно выстраивать это здание по кирпичику. Именно она – изощрённая приманка, под видом цветка. Она! с недостижимой для мужчины фантазией!.. и он становится частью её нейросети, в виде вкраплений, точек…

Марьяна. Как-то, ну… Странная способность моих ушей: я всё слышу!.. Польстило, что перепутал с цветком (в вечернем макияже), а не с сардиной из консервной банки.

Онуфрий. Угадать цветок для дамы!.. – ролевая игра!.. Если мы не решаем – на самом деле, загадку… человеческой природы… Эй! Ему не нравится за тобой подглядывать?.. Древняя любовь мужчины к помидорам. (Скалится от уха до уха.) Романтический функционал (инициатор разнообразия), – оборачивать семиотически в собственную пользу. Гюстав Флобер тоже страдал от неразделённой любви к помидорам, и умер потом.

Марьяна. Это куда?! (Нахмурилась.) Ну, нет. Там было что-то не то, – другое.

Онуфрий. Воображению надо за что-то зацепиться!.. пытаюсь подать это с разных углов.

Марьяна. Не хочется ссорить тебя с наукой, Онуфрий… Прости мою ущербность… не верится, что я сейчас это слушала.

Онуфрий. Пропустила! Овцу всегда хочется съесть: дебютная идея!.. думая, в процессе, как извлекаешь из пищи прану. А потом погладить. Уже обезьянку. Богохульной рукой.

Марьяна. Снюхал кокаин не оттуда?

Онуфрий. Я всё-таки что-то пытаюсь исправить...

Марьяна (с досады сжала губы). Опять меня буду использовать грязными руками.

Онуфрий. Несмотря на бесконечные проступки!.. Почему иметь дело (устало выдохнул) с думающим человеком всегда плохо: дошла до такой точки… встопорщенные волосики. Ни комизма, ни юмора!

Марьяна. Кыш отсюда!

Онуфрий. Подло говорю тебе правду!.. Немного поздновато… Ну что ж… В первом приближении план лечения составлен… Все наши пороки заложены природой: вспоминаем про «долгоиграющие половые гормоны». А когда всё это ещё и в желудке разлагается.

Марьяна. Всегда злое: мужчина.

Онуфрий. Сосредоточенность!.. Цивилизация требует отказа от инстинктов. Но мы препарируем творения психики. Чтобы включить фантазию! Овца всегда желанна. Отшлёпать!.. так, рисуем овцу: холка, вымя… область бедра… вот она! а-а…в дыму и пожаре! В этот момент не обязательно учебник анатомии открывать.

Марьяна. Не знаю, что тебя тут радует!

Онуфрий. А как оживить глаза?!.. и это даже важней всего прочего. Где зеркало?.. Не догадались, в своей задумке, какая открывается здесь игра!

Марьяна. Объяснил, – но не так. (Натянуто рассмеялась.) Мы применяем у себя дома зоопарк? (Отхлебнула мимоходом из бокала.) Неспокойный тип… ещё сто раз всякую охоту отобьёшь. Понятно, откуда у тебя эти специальные знания. Что он меня мучает!.. Научи как обманывать!

Онуфрий. В обратную сторону… – боюсь…  а то придётся перетряхнуть аксиоматику… не работает. Подмять под себя рассудочную природу человека-зверя!.. живущего в своём, наглухо заколоченном, двумерном мире.

Марьяна. Фу, наконец-то уже не я.

Онуфрий. Привыкнешь. Шерстяные носки… (шёпотом) помогают.

Марьяна.  Ну, правда!.. вбросит мысль – и ухмыляется: выпутывайся!

Онуфрий (присел к ней на подлокотник). Вот... сейчас скажу. Найти то, что ты засунула за пояс… (целует её в глаза) сзади!.. верёвка с петлёй!.. сложней всего. Редукция психического! всё это слоями накапливается… Нет, всё зачёркиваем! Человек получает удовольствие только от себя. Такой уж у нас биологический цикл… – полысевшая мартышка!.. сцепиться лапами: царапнуть!.. укусить! Мысль эту дарю совершенно бесплатно. Как бонус.

Марьяна. У-у-уу... я немножечко загрузилась. Онуфрий… так хочется, (подняла глаза к потолку, задумалась) чтобы кто-то из нас победил.

Онуфрий (с усмешкой). Но не я.

Марьяна. И не надо. (Мечтательно зевает, прикрывшись ладошкой.) Зачем?

Онуфрий. С какого века вопрос?..

 

Автоматные выстрелы с улицы по окнам. На ковёр веером плеснуло битым стеклом.

М а р ь я н а инстинктивно пригнулась; сползает на пол, прячется за спинку кресла.

 

Уходи смежным коридором! а корточках, затем перебежками (помогая себе руками), зачем-то дёрнулся к окну).

 

Спасаются в коридоре; последние метры на четвереньках: вдоль стенки, ползком.

 

·                                      6.

Городская квартира Онуфрия. К ночи затянуло смоляной дымкой и зарядил ливень.

Неясные шорохи со стороны прихожей, «кошачье» шевеление. Что вызвало мгновенную реакцию: погас верхний свет.

Испуганно скрипнул паркет: от двери вглубь гостиной скользнула тень. Грохот от упавшего стула. Опять тишина, теперь уже давящая. Стул украдкой поднимают, тень теперь напоминает сидящего за столом человека.

Слышится приглушённый бубнёж (кто-то для изменения голоса говорит в пивную кружку): «Первый-первый, я Шестьсот шестьдесят шестой! Как слышно меня? Приём!» Угрожающе скрипнул стул… «Первый-первый, я Шестьсот шестьдесят шестой! Как слышно меня? Приём!» Виновато скрипнул стул… «Первый-первый, я Шестьсот шестьдесят шестой! Как слышно меня? Приём!»

Хриплый голос, со стороны прихожей: «Шестьсот шестьдесят шестой, я Первый! Слышу хорошо.»

Тень из глубины прихожей, приближаясь, дорастает до крупного плана. Вспыхнул фонарик. Луч перешёл через порог и сердито пошёл бродить по комнате.

 

Онуфрий. Отмычкой часто приходится пользоваться? (щурится от бьющего в глаза света) с кем ты меня спутал, со спидоноской своей?.. Почему-то захотелось за неё вступиться.

Участковый Ухо. Трусы, там сухо, не хочешь переодеть?

Онуфрий (ухмыляется). Патрон, я ждал вас.

Участковый Ухо. Кажется, я просил зови меня Саваофом.

Онуфрий. А чё, Саваоф тоже хорошее имя.

 

Рука, из темноты, протянутая для пожатия, по-свойски. О н у ф р и й поспешно шагнул и ответил на рукопожатие.

 

Участковый Ухо. По разделениям: делай – раз! (Заставил его стать на колено.)  Делай – два. (Придавил лицом к полу.) Устраивайся поудобней, тужься!.. Тужься, – уже пора… помогать не стану!  

Онуфрий. Ну, ты! Опух слегка?.. Обилие опыта?.. Боюсь, чтоб ты не устал.  

Участковый Ухо. Зверёнышем растёшь. (Отпускает, и одновременно пихнул кулаком в лоб.)  

Онуфрий. С твоим прокуренным басом только в сортире кричать: «Уборка!»

Участковый Ухо. Хорошо, потренируюсь. (Поднимает с пола отлетевший во время потасовки фонарик.) Что ж это я как-то поленился с тобой потолковать, а?.. Медицину знать, термины; говорите, Онуфрий! вы что – ещё и вуайерист? (Снял фуражку и низко, набожно, поклонился три раза в скрытый мраком угол.)

Онуфрий. Очередная судорога мозга?.. считал минуты когда этот твой вопрос подойдёт.

Участковый Ухо. Пики в сбросе! трефы в сбросе! Понятно, что каждая трефа – как отработавшее ядерное топливо… не перестаёт быть трефой! это на лучший конец. Но и черви в сбросе… Играем под интерес?!

Онуфрий. Это что, новый способ обобщения судебной практики?.. Саваоф! ты прямо-таки неутомим.

Участковый Ухо. В бутылке осталось?.. на донышке? Обещаю попробовать. (Принимает

из рук О н у ф р и я пивную кружку с ромом.) Не последняя. (Хладнокровно опрокинул кружку в рот.) Пошагово!.. Ещё бы фанфурик Шипра – для букета…

Онуфрий. Если к тебе привыкнуть…

 

Больной хохот.

 

Привыкнуть… к твоему ржавому голосу. (Морщась, расправил плечи.) Но очень далеко не пойдём.

Участковый Ухо. Будешь поласковей, (обтирает усы) дам кобуру подержать… как приёмному члену семьи. (Двинулся военным шагом, освещая комнату фонариком.) Чего-то тут у тебя… (чихнул) дын-дын, дын-дын! (стал припадать на левую ногу) дын-дын, дын-дын. «Будуар багряного гения»? (Неожиданно зайдя со спины, продевает ладонь между его поясом и спиной.) Мне по-прежнему не нравится наш с тобой бизнес-план. Есть гипотеза: существует ли он… на простых принципах баланса? Ну! И как я должен догадаться, вдруг у тебя образуются какие-то излишки? объясни задачку... Фиг кому отдашь, я понял!.. Переживаю. Терплю... Сколько я денег переплатил, пока маму в больницу устроил! А за опе­рацию! Не знаешь? А кто знает?! Не хочешь – само вспоминается. Бывает так плохо… Во всём такой? Как! лгать? Это отпало?.. старушка, белый платочек. Выгуливает коляску. Что там? кто знает, а то ведь, пожалуй что, сломалась в хлам!.. никто не поспешит к ней: плачет мама! Незачем теперь?!.. а по ночам не снится? Не удивлён!.. Только Жучка: взяла на себя этот груз, тычется мордой в ладошку, скулит… У моей мамаши, к слову сказать, тоже горячая вода только в подвальной пивной! вот это я точно знаю наверняка!.. Как раскассировать бюджет и куда деньги класть, забыл?!.. Не мои слова, цитата!.. а то ещё мне припишете. Подожди, подступает! (Возбудился, глаза навыкате. Начинает крушить мебель.) Получил «почётную грамоту»… касатик, – и спать?!.. Помочь старушке перекреститься! поднести пальцы ко лбу… к сдутой груди!.. хотя бы такую малость!.. Не щёлкнуло?.. Твари! удавил бы! Слишком затянули своё удовольствие! На кой хрен вы нужны?!.. При мне не произносить слово «мама»!.. разорили гнездо!.. Завалить своими рублями, – откупиться! (Приподнял его за лацканы.) Крутилась, догадываюсь, мысль в голове: в Москву перебираться! – друзья появятся!.. О, и кислая улыбка на пол рожи. (Выдохся, прерывисто дышит.) Даже не смог притвориться. (Оторвались друг от друга.) Попробую пройтись, подышать… наполнить лёгкие. А то как-то… пошли сразу мысли. Чего-то жуть от тебя берёт.

Онуфрий. Ну, да. Мужская психика (догадываюсь) такое не выдерживает. (Включает свет.) Ёрзаешь… всё дело в кровообращении?.. «начинающий юморист». (Накручивает в лихорадочном возбуждении круги, держа его в центре, и вынуждая вертеться головой.) На чём поломался? – от кармана отлипло?!.. подруливал, – думал!.. мысли с сумасшедшей баллистикой. Начинаешь сучить ножками! Взгляд помойный. (Дёрнул его за ухо.) Куш?.. Гы-гы… (Пальцами одной руки.) Шиш-ш!.. Куш?.. так углубился в труд: в беготне за наваром. (Пальцами обеих рук.) Шиш-ш!.. Винтики, шпунтики… беспомощны против брутальной воли! Чего бы не купить мне тебе ошейник. (Рванулся к нему.) Буду мордой возить! Не пропуская каждой говешки. Носом! в собственное паскудство. (Широко расставил ноги, прерывисто дышит.) Руки скучают! Конкретно сейчас. Оказывается, я злопамятный!.. почитывай иногда мои мысли. Это при том, что абсолютно чокнутый. (Вдруг опустил голову… щека подёргивается от лёгкого тика.) Но согрелся… (Упёрся взглядом в пол.)

Участковый Ухо. Так резво стартанул... пуля из ствола! (Глупо заржал.) Я заслушался! Счастье твоё… спешу в салон. Закрасить седину. Даже – скажем так: нахожу это каким-то несанитарным. (Нервно приглядывается к нему.) Ладно. Разберёмся…. Неподходящий момент вводить новую тему.

Онуфрий (берёт из вазы и раскалывает грецкий орех). Тогда хоть застегни ширинку… «альфа-самец».

Участковый Ухо (на мгновение задумался). А мне вообще комфортно тут. Реально комфортно! А что? Натопить после захода солнца камин осиновыми дровами. Марьяна, русалка-лоскотуха, тёпленькая!.. всё при ней! Короче... в том же ключе! поставим на «точку» и будет отрабатывать! (Так же скрытно исчез, как и возник.)

 

О н у ф р и й чуть выждал. Прошёл, пугаясь тишины, к двери. Высунул нос в коридор.

 

·                                      7.

Котельная. М а р ь н а, откинувшись телом на спинку кресла, полусонно наблюдает за дотлевающим под пеплом огнём. В руке бокал, плеснула остатками вина. Топка огрызнулась дымком.

Забавляется с занавесками ветер спросонок.

Скрипнула дверь, вбегает О н у ф р и й. Чуть отдышался, и так и застыл в позе с опущенной головой. Наконец приподнял подбородок, повёл глазами. Заметил М а р ь я н у; прижимает к груди, нервно мнёт в руках края потрёпанной дамской сумочки.

 

Марьяна. Эй… Можно я в тебя чем-нибудь запущу? (Вышла из тени в полосу света, прочерченную из окна.) Губа разбита…  пластырь на виске: наполовину отклеившийся пластырь.

Онуфрий (ощупал себе суетливо лоб). А... ну да. Ты в курсе, что тут у нас происходит?.. Маму заперли в палате. Поднял скандал, – потребовал допустить! я в праве! (Привалился к стене.) Медбрат, единственный человек, который излагает внятно: «Промыть мозги из

шланга?!» Других слов не знает.

Марьяна. А что такого... Обленились!

Онуфрий (ноги подломились. Сел, привалившись к стене). Так-то человек хороший… В гости в каптёрку к нему зайдёшь, – нальёт… вне человеческих измерений тот случай! морду тебе набьёт, – перевяжет… Ухо болит – от удара сапогом…

Марьяна. Там, где у нас с тобой растёт мозг, у него растёт… овощ – так, по сезону. (Склонилась к нему.)  Онуфрий! Почему именно нам достаётся отходы лизать?

Онуфрий. Считаешь, мелко попрошайничаю?

Марьяна. Хотела как помягче.

Онуфрий (молчит, взгляд в пол). «С каких таких щей не в бахилах», видишь ли... На меня, гад, погнал. (С ожесточением растирает себе уши.) Бедлам!.. Хорошо, я догадался, – подставил лестницу (спасибо, пёсик подсказал: крутится под окном, скулит). Лестница гнилая. Вскарабкался, – можно сказать, к окну второго этажа. (Сквозь всхлип.) Мама, – по-моему, она мне улыбнулась… всегда ведь присутствуют какие-то неуничтоженные островки памяти. (Тяжело поднимается на ноги. Сделал несколько шагов вдоль стенки и вновь привалился.) Тишина в коридорах… склеротическая жизнь, – лишь звуки жевания!.. Тюрьма…

Марьяна. А не боишься?

Онуфрий (не сразу). Это чего же?

Марьяна. Не помню – я это говорила?.. А теперь, Онуфрий, очень серьёзно. Меня радует, что она улыбнулась. «Островки памяти»… да, добавилось что-то ещё. Это ты правильно. Думаем об этом. Представь счастье ребёнка; смех – в момент встречи глазами с мамой…

Онуфрий. Получается, я драпанул?!.. Точно пошло что-то не так. Толкую тебе, толкую. Вопрос тот же – ведь это я должен быть в той коляске!..

Марьяна. Тихо, без воплей!.. Сейчас понимаю – тебя несёт во все стороны! Не слышит. Стой, говорю! (Прикусила его за палец.) Ботинок наконец надень. Отдышись. Учись сбрасывать стресс.

Онуфрий. Они м… меня з… загнали в угол! Я отвечу!.. Кое-кого мы л… лопатой! (Уворачиваясь от её руки.) Испытание – находишься… в прижатом состоянии… проснусь среди ночи… кто-то как бы подсказывает: Онуфрий! без всякой там изворотливости!.. Да, теперь вот так: намерен жёстко стребовать! Шепчу, ложась спать, – учу свой мозг: «Там, где упал, там и поднялся... Там, где упал, там и поднялся!» Как больно! Слабак!.. но ещё как сказать.

Марьяна. Моя позиция: ничего, мы им напинаем!.. напинаем! Единственно нормальная реакция. Это честно!.. Отважно защитил честь свою… не спорь. Если что – сразу ко мне!  (Заглядывает ему в глаза, почти касаясь лбом лица.) Больно. Да? Уже не так больно… Уже теплее. Уже почти не больно… Эй! Тебя можно сейчас о чём-то спросить? На столе –

собранная из осколков тарелка. Извини, я тебя честно попытаю: она для тебя что-то значит?

Онуфрий. Тебе что от этого?.. Чем ты хочешь меня «напоить»?!.. (отворачивается) природное богатство воды из лужи!..

Марьяна. Онуфрий… я умная, я твой ответ пойму. (Шутливо дёргает его за рукав.)  Слышишь это слово: «Пойму». Это как-то связано со мной?.. с нами?

Онуфрий (окаменело стоит, взгляд в пол). Я тебе всё выложил. Не знаю, чего тут ещё разбираться. Выносить мне мозг?.. Бьюсь третий день, чтобы меня пропустили в палату… Склеротическая жизнь!.. мало кто подозревает, что за этим кроется. Короче, в детском доме мне объяснили, что с этой тарелкой меня нашли (помог себе жестом) на перроне вокзала... Всё время пытаюсь вспомнить этот перрон… Вспоминается только запах мокрой тряпки. (Поймал глазами своё отражение в висящем на стене рядом с ним зеркальце для бритья. Всхлипнул.) Там сплошь и рядом!.. мутило от их вранья. Выработал целую стратегию!.. – чтобы расти, надо есть сало. Много сала. Поэтому я себя подкармливал. Детский дом – не вечное заточение! И стратегия сработала: кислая капуста, запах!.. запах кислых щей, который как подсказка жил у меня во сне… Нашёл по запаху! – и вот я здесь! (Вцепился себе в волосы.) Почему жизнь нас развела?! Колом – загнанный – в мозги – вопрос. Как подумаю, сколько времени зря растратил… (Взгляд остановился на вещмешке, подвешенном за лямку на спинке стула. Присел на корточки, достаёт один за одним пакеты с тёплой женской одеждой… помедлив, запихивает всё обратно.) Не было у меня этого цыганского (вновь начинает рыться в вещмешке) таланта! но выкрал у главврача мамину сумочку. Всё-таки… что я ищу? Начал искать в ящике (не в том).

Марьяна. Геенной Огненной пугает, – и всё его лечение! (Поднимает с пола оправу очков, по которой он топчется каблуком.) Догадываешься, в каком бульончике мы увязли?.. Такие дорогие очки… Я тоже свой очёшник где-то здесь посеяла.  

Онуфрий. Это понятно: часы тикают (если коротко и примитивно). (В раздражении наблюдает, как она помогает ему попасть ногой в ботинок.) Там такие энергетические вихри крутятся!.. Тикают! как бы потихоньку от нас… Всё перепробую… пусть думают по-простому, что я дурканутый. Подлость в чём: жизнь испытает, и с позором выгонит… кровавое русло… Мама, дай мне силу!.. чтобы как-то всё-таки с этим справиться…

 

М а р ь я н а гладит его по щеке. Он всхлипнул, недовольно повёл плечом.

 

Есть что-то… главное!.. сцепление причин и следствий. Нет, не случайно я оказался рядом! Слышу, собачка повизгивает, – встала на лапки, лижет старушке руку. Наблюдаю… понимаю – надо подойти… До этого я пробовал поменять ей коляску. Пугается… прижимает к себе; начинает плакать. Плечи содрогаются. И такая она вся сухонькая, беспомощная. Не знаю, я маленько взглянул… – колесо на коляске отлетело; в инженерном плане – проржавела вилка переднего колеса. Подкрутил, заменил гвоздиком. Всегда, когда я за ней приглядывал… – толкает перед собой коляску, – взгляд в землю. А тут подняла на меня глаза, задержала взгляд. И было что-то такое, понимаешь… В глазах… – знакомое, родное. Получается, остались ещё какие-то полустёртые островки памяти!..

Марьяна. Онуфрий! То, что ты сейчас говоришь… Есть что-то, чего мне самой не хватает. Но западать в эти миры… – дорога в одну сторону!.. Идёшь в столовку по коридору, – выстроились вдоль стенки: слева, справа. И вдруг потянулись за тобой уже всем стадом. А могут ещё и догнать: пнуть. Не отдавая себе в этом отчёт: примут скрип половиц за крики и стоны… Онуфрий, тоже зафиксируем эту мысль!

Онуфрий. Подсказочка! У меня всё поменялось!.. я консультируюсь с серьёзными врачами.

Марьяна. Таблетки?.. превратить в овощ? Здесь никто никого не лечит!

Онуфрий. Справлюсь…  Есть клиники в Европе: накоплен серьёзный опыт.

Марьяна. Плати!.. имеешь деньги – имеешь, если что, десять способов!.. Видишь, тебя это задевает. Я понимаю твоё состояние… Ну вот, подтяжка опять оборвалась. Эти штаны, с обвисшим задом. Я сама... тоже. Тебя ещё спасает – не слышал про нарушение менструального цикла, (щипает его сзади за руку) на нервной почве.

Онуфрий (зашагал, отпихивая всё, что ни попадается под ноги). Что она там лепит!.. не найти ли тебе более остроумного собеседника!.. Извиняюсь перед профессионалами… тебе сообщили? – синтез верблюда и слона повышает у последнего выход навоза в 1,7 раза. У верблюда пока без изменений. (Споткнулся, едва не упав.) Учёные над этим работают!

Марьяна. Предупреди, когда им надоест.

Онуфрий. Какие-то идеи можно надёргать у Вениамина. Скандинав по отцовской линии. Hello everybody! В любой момент что-то придумает! Тоже, знаешь ли, иной раз нелишнее. (Глаза вдруг сделались неподвижными.) Двадцать попыток дозвониться!

Марьяна. Кроме тебя, и навозных червей… никто Веней не интересуется. (Попробовала рассмеяться, сама пугаясь этого смеха.) Если это важно: последний звонок с его телефона был в Милан (отель «Шератон»).

Онуфрий. Пососал дуло пистолета… «Кот Базилио». (Беспомощно улыбнулся.) Прижали!.. Сцена, вышедшая из-под пера Рабле.

Марьяна. Докладываю, коротко: проявила характер, ты его больше не увидишь. Стараюсь не меньше тебя.

Онуфрий. Пари!.. месяц! Нет, с точностью до наоборот, – две недели!.. Картина: «Не ждали».

Марьяна. Совался под ноги... Я уж не буду всё рассказывать… Так всё-таки! Если не

затягивать, – это первое. Второе – мама, после лечения, завидев тебя, будет хотя бы улыбаться!.. что-то в мозгах наконец проклюнется – и постепенно начнётся даже какой-то, возможно, разговор. Эй! Думаешь вяло. (Дёргает его шутливо за рукав.) Водитель ждёт!.. Всё, Онуфрий, собирайся. Сташчику не понравится, что ты куда-то пропадаешь. На тебя люди поставили! Серьезные люди! серьезные деньги! Тот, кто платит тебе, понимает – отстёгивает за выигрышный билет. (Поглядывает на него. Ждёт.) Сам подумай, нельзя же, чтобы ты вот так слонялся!.. Пункт второй: человек из Москвы приехал! Другой масштаб! у него доступ к уху. Это шанс!.. у нас много «мяса» для разговора. Давай, тренд ускользает!.. Так часто случается – или поздно бывает, или уже зря!.. а то мы должны вписаться. По большому счёту мы даже ещё не начали. Представь, создать свою нишу. Настолько всё закрутилось… Онуфрий, нет у меня времени торчать здесь целый день!

Онуфрий (упёрся взглядом в пол). «Вписаться»… Очередная движуха. Игры, в которые играют истерички… Уверена, что не качнулась туда – к дефекации? (В руке блеснул нож.) Гнить среди вас?! Вмешиваешься в то, что не понимаешь. (Держит лезвие, царапая её горло.) Пустой треск! Обозлённые лузеры. Конечно... с такими мыслями долго не живут!

Марьяна. Онуфрий… (скосила глаза к лезвию) выкупишь маму у главврача!.. Что, есть что-то лучше? Медицине вообще мало пока что известно. Извини, я понимаю, что ты… Ты очень правильно говоришь. (Попробовала чуть отстраниться.) Со мной тоже много раз случалось. Напомни, чтобы я тебе рассказала.  Надо искать клинику, это же понятно!

Онуфрий. Завидуй. (Склонился к её уху.) Не понимаешь, почему нельзя пользоваться этими словами?.. Мне столько не надо! (Добавил шёпотом.) Завидуй.

Марьяна. Всё чего я хочу, (в глазах стоят слёзы) чтоб ты до врача дошёл.

Онуфрий. Что она меня путает?! Очередное предательство в другом. Время. В запасе – ломтик времени!.. Там, в палате, сон после завтрака!.. станешь будить – она ещё испугается. Кто бы донёс до твоей дурной башки: смотреть в её глаза… в полном восхищении. (Смеётся, не может от счастья скрыть слёзы.) Вызвать это в памяти… Разве можно на что-то поменять?.. Кому будем доверять – тебе или мне?!.. Всегда, когда задаёшь тебе вопрос… боюсь, у нас это не совместится. Под кресло. Залезла. Живо! (Прячет нож.) Жи-и-во. Как бы приехали!

Марьяна (какое-то время внимательно за ним наблюдает). Онуфрий… если я ещё и спорить с тобой стану. Ушёл куда-то вдаль. Бывают минуты… Ты тут?.. А то эти сны твои, Онуфрий, не дают нам всем спать. Вообще никуда. (Берёт его мягко за руку.) Прости… что тебя объединяет с бабуином?.. одни и те же страхи. Повторяется сон, ты – кастрированный конь. Финал: друг друга съедают!.. случай из жизни. Тема закрыта, пожалуйста!

Онуфрий. «Кастрированный конь», даже если!.. Ну и мозг!.. обнадёжила. Окончательно

взбодрить. И бабуина приплела!

Марьяна (кидает в него смятый носовой платок). Я туда особо не смотрела, конечно!

Онуфрий. Не подходи ко мне, пока не выяснишь! (На мгновение задумался.) Считается, что я способен разбираться в чёрном юморе. Был один такой… тоже. Закопали до срока. Он даже сам мог спросонья этого не заметить!..  внезапное «опаньки».

Марьяна. Эй! Нечего тут ныть!.. Докапывается... «метафизик». Представь, мы крутимся с тобой сейчас перед пятью зеркалами!.. Разобраться по парам, первый танец со мной! (Свингует, поддерживая его, чтоб не споткнулся.) Держись на повороте, не засыпай! (Импровизирует: на свободном от угля пространстве – очень даже стильно). Вопрос: истязать закончил?.. Который час?.. Погнали-погнали! Направление – дверь; других вариантов нет. Рай, о котором ты всё дудел, (подпихивает его сзади коленкой) это можно есть ложкой?.. Так нормально звучит, да?

 

·                                      8.

Городская квартира Онуфрия. Сизая влага на стёклах (после того, как окна с утра приоткрыли)… стекает нехотя каплями на подоконник.

Разговор на повышенных тонах – со стороны коридора. В гостиную влетает М а р ь я н а, захлопнула за собой дверь, и удерживает плечом. Губы дрожат, – стала отрывисто всхлипывать.

Сквозь стекло видно, как на балконе, со стороны спальни, мелькнула фигура О н у ф р и я. Проскользнул между полотнами штор в комнату. Мягко ступая, зашёл к М а р ь я н е со спины. Присел и потянул её на себя за ноги. Насел сверху. Она пытается вырваться, катается по полу. О н у ф р и й звереет, завёлся, полез к ней под юбку… потом вдруг отвалился в сторону. Чуть отдышался. Лицо сразу закаменело.

 

Онуфрий. Выполнить долг – перед Матерью Природой… пол раза. (Потирает устало глаз.) Поневоле, конечно. Надо ведь что-то и на другой раз оставить.

 

М а р ь я н а сбросила с себя его руку, торопясь отползает в сторону.

 

С кем ты сейчас пала?!.. кто знает, может, ты его такого… всю жизнь ищешь. (Поднимается. Двинулся к двери. Не дойдя, решил вернуться. Таскается кругами у ней за спиной.) Хотя… легче сказать.

 

М а р ь я н а, видя, что он заходит к ней всё ближе, вскочила на ноги.

 

Это ты вдохновила меня на эту мысль. Полубогине под силу!.. Уцелевшие разошлись по

домам... Опять не то?!

Марьяна. Не содержанка, чтоб так!

Онуфрий (поплёлся от неё. Сел на стул). Брошу!.. мозг – несовершенен; открывать рот – только внимание привлекать. (Наливает в бокал из бутылки.) По приятному совпадению, – в колодце нашли участкового Ухо… вниз головой. В фуражке, но без трусов… Опа! загадочная подробность.

Марьяна. Ага… так и вижу.

Онуфрий. Здорово он выбрал момент. Главное, хватило хитрости всё это как-то устроить. И ещё кое-что, чего нам пока не показали… Что смотришь? Вопросы, и ни одного ответа.

Марьяна. А завтра он ещё и повесится!.. не знаю, будут ли на нём трусы: из вредности!

Онуфрий. Это мы потом придумаем, не горит… не каждый уходит с подарком. (Медленно пьёт вино из бокала.) Кричали: Как это, как это?!.. А вот так оно и бывает. Готовься. Всякий, кто пережил, знает. Поправим настроение? как минимум – унять этот комок нервов. Сильно не отставай. (Швыряет в неё бокал.) Пей со мной, говённая Муму!

Марьяна. Ты издеваешься, мучаешь…

Онуфрий. Начиная с него и началось паломничество: в колодец. А вы это обнаружите!.. когда обнаружите. Хха! Если кто-то хочет поспорить, самообман тут не пройдёт. На примере: человек не справился со своим заданием! Ага, и резко сел. Села!.. на бутылку. Об этом тоже… скажу.

Марьяна. Где поймал эту глупость?!.. Онуфрий! теперь традиционно «ответы на вопросы». Тебя на мачте продуло?!

Онуфрий. Позволь уж мне, как минимум, реагировать!.. Не знала, что я задам этот вопрос?

Марьяна. Мышление глючит? Да, чтоб откупиться… даже если. Не я, так кто-то другой!.. Он и без меня наверняка прицелился! (Брезгливый жест рукой.) Онуфрий! Сколько можно этого касаться!

Онуфрий. Глубокий анализ показал!.. можно угадать до секунды.

Марьяна. Сам всё подстроил. Одно и то же!.. Так, как ты это умеешь.

Онуфрий. Это само собой.

Марьяна. Из-за этой фактически шутки, смотри, как ты пошёл в гору!

Онуфрий. Потому что я мозгом своим по крайней мере пользуюсь. Убедилась?.. Другого испытают, – и с позором выгонят. Вы думаете, политика – беседовать на телекамеру через столик?.. открылся нижний пищевой сфинктер… пахнет керосином?.. пулей в кассу!

Марьяна. Сфинктер? Ты о чём?

Онуфрий. Или ещё хуже. Это кровь!.. Каждое моё слово вам надо, конечно, изучать.

Марьяна (со вздохом покрутила пальцем у виска. Прищурилась, размышляет. Погляды-

вает на него). Ты – мужчина, Онуфрий, ты в этом понимаешь.

Онуфрий. Тьма разверзлась!.. Что стало знаком для меня? Любимец наш Ухо… его постоянно… слышишь это слово?.. умерщвляют. И он, как птица Феникс, возрождается. Восседает – небрежным пэром. В дыму и пожаре. Гадостный субстрат. Ощущение повторяемости!.. Почему он меня находит, а я его нет?!

Марьяна. И именно на мне надо отыгрываться. (Всхлипнула.) Несколько раз выгонял меня, в одних трусах. Я на птичьих правах!

Онуфрий. Трусы от Гуччи? «Бычья кровь»?

Марьяна. Жди… Для этого я должна быть в настроении.

Онуфрий. Опередила меня!.. Это я и хотел сказать. (Прошёлся мутным взглядом по остаткам ночной трапезы на столе.)  Пустые бутылки из-под рома… окурки. (Механически прибрал мусор в пепельницу.) Спрошу – может, неожиданно: У нас здесь какой-то хлев?!.. (подавился ромом из бокала, икает) самореализующееся пророчество.

Марьяна (набирает за его спиной номер на мобильном. Заметив, что за ней наблюдают, прячет телефон к себе за лифчик). Жду теперь, на что ты ещё обидишься. (Ходит по комнате, свирепо на него поглядывая.) Он шантажировал тебя твоей мамой. Или я зря подслушивала? Для этого заносил регулярно главврачу. (Отшатнулась... пытается отцепиться от его руки.)

Онуфрий. Колышки в мозги мне вбиваешь?.. очень сильно натаскалась.

Марьяна. А сам? (Берёт стул и садится от него подальше.) А вот то, что ты делиться не хочешь…

Онуфрий. Да ну!.. а просто в руке подержать?

Марьяна. Я нашла себе того компаньона?!

Онуфрий. Всех интересует. Запатентовала бренд "Багряный гений будуара" на своё имя. (Поглядывает сквозь растопыренные пальцы.) Как бы потихоньку от меня. Ау! неумеха. Это так масса набирается?.. Фактически, притворилась сходу… уу-у, сама собой.

Марьяна. Если это всё?.. Ведёшь себя, как ошпаренный кот. (Причёсывается, предварительно взлохматив копну волос на голове.)  Ну, честно!..  Если вдруг тебе не хватило…

Онуфрий. И улыбается!.. тут что – кто-то кого-то дурит?.. Или раскаялась?!

Марьяна. Ой, не позорься…

Онуфрий. Чтоб похоронить всё!

Марьяна. Если ты по всякому поводу (демонстративно выворачивает свои карманы, после чего отвернулась) эмоционируешь…

Онуфрий. Да… чисто медицинский ответ. Овца!.. ценное слово. Вот уж, действительно!.. в отношении тебя нельзя ошибиться. Высказалась! я ждал! Многие ругают меня, а зря.

Всё-таки что-то здесь (стучит себя по лбу) у меня наличествует.

Марьяна. Может, я поднапутала с цветом гардероба?!.. накидываешься на меня, как моська… что-то тут такое нагромоздил. Тараканы под кожей ползут?спросила бы я!

Онуфрий. Нет, но как я угадал! Я – овечий инженер… всевластный «будильник»!.. отточил навык применения, так сказать. Это может быть очень по-разному. Но – гарантированно: из любой биомассы! Прибежите ко мне! Держать при моём появлении дверь!.. Для тех, кто не понял: полезно слушать Мать Природу. Для чего?.. я вам подскажу! Овца!.. но – кормить!.. вполне рабочая идея. Только и всего. Что-то я об этом всё больше думаю.

Марьяна. Сказал: кормить. Опять никто ничего не объясняет. Это о чём?спросила бы я.

Онуфрий. Несмелая дебютантка… Да, как бы приехали! не выпускать тех, кого впускали!.. пока не почувствуют себя ошпаренными. (Запустил пятерню в волосы.) Воспринимаю психоанализ как хорошо организованную – варваром – авантюру. Нужна эскалация. Гормоны играют: были придуманы особые приёмы. Изобретательность и натиск!.. такой более ощутимый вариант.

Марьяна. У тебя опять обида на своё правое полушарие?.. Просто так прозвучало! Переходишь от опытов над собой к чему-то ещё?.. Пусть так. Деньги пополам? (Ждёт.) Знала к кому обращаться! Опять засекретил… Понимаю… так как тебе приходится много стоять, прислонившись лбом к стенке… Смешно, но так как-то начинаешь тебя бояться. Главное, стала по-человечески тебе говорить, хоть ты и просил.

Онуфрий. Ну вот, мои слова прошли мимо неё!

Марьяна. Это часть большой работы?.. Онуфрий! из новой «коллекции»? Продвинулся? Знаешь способ?

Онуфрий. Тебе бы лучше не знать.

Марьяна. Сто раз про всё это думать?!

Онуфрий (склонился над ней). Реально хочешь, чтобы я это слово произнёс? Произношу: Покорность… Журчит музыка…

Марьяна. У-у, вот ты как!..

Онуфрий. Каждым шагом… Переход за грань. Кармическая техника: погружение в транс. Что называется, с перцем!.. Грозное действие моего ума… потереться носами!

Марьяна. Была такая договорённость?.. я отслеживаю.

Онуфрий. Техника сложная, но стоит того!

Марьяна. Оттаял?.. Доволен зря…

Онуфрий. Боюсь отдавить ноги сидящим… Застенчивость. Нежные слова на ушко. Прелюдия!.. влажная фантазия – под шафрановый аромат.

Марьяна. Вероятность – так себе. Поэтому не будем.

Онуфрий. Потереться носами!..

Марьяна. Я, как бы, это заметила...

Онуфрий. Почему я начал так, как начал?.. приспособленьице… сейчас поймём.

Марьяна. У нас очень интересная (фыркнула) дискуссия… объясни, что ты сейчас сделал своей ногой?.. Опять не зашло?!

Онуфрий. Ну, я так… Последняя попытка.

Марьяна. Люблю на такое смотреть… Делаешь всё для того, чтобы подходить к тебе страшно? 

Онуфрий. Меняемся местами. Скорей! Да, придётся как-то… хищный рот!..  исхитриться и дотянуться губами.

Марьяна. Зачем так рисковать?.. Нет, дальше я перестаю понимать.

Онуфрий. Классическая хитрость! нашёл решение очень древней проблемы: создать изящество!.. Сопротивление тает… по-буддистски пьяные… Марьяна… не замыкаться!.. Эти плечи (твоя спутанная грива)… мне приходилось их покорять.

Марьяна. Ну, что там опять?!.. Можно шею так себе свернуть… сделал это нарочно?.. от мебели остались только щепки. Слова все забыл?.. забыл всё сразу, врачи еле откачали.

Онуфрий. Дальше сама! (Отпихнул стул, при этом что-то себе вывихнул.) Тебе всё-таки удалось! С кучей ужимок. Что-то у тебя с интонацией не то. (Прихрамывает.) Согласен с людьми: пока не получила своё, это один человек. Какого чёрта! Мне самому со всем этим вошкаться?!

Марьяна. Как, болит голова? Очень? арит у себя за спиной в ящиках стола: под руку подвернулись ножницы.) Вот, почти ничего не пострадало… Поплыла от твоего объяснения. Сплошные скачки мыслей… Извини, я просто улетаю. Когда-то ты сам себе надоешь.

Онуфрий. Кончилось наше блаженство… Гниль! Гниль! Гниль!.. Это давит! Плесень... из-за этого нет времени на что-то серьёзное. Это рушит!.. мозговые токи… всё рушит! Синяк не проходит на руке… какую таблетку принимать?.. возникшая на теле особая мета!.. меня просто срубило. Да это вообще что-то не то! А я говорю: проверено! Голос: «Шепчи про себя молитву, Онуфрий». Объединит память! перегной памяти, и сразу такая волна накатит! Ночью приснилось… задыхаюсь, бегу. Мама… я даже боюсь её посвящать!.. Держать её руку в своей. (Сдавленно всхлипывает.) Услышать два слова: «Сынок... чего, в каком месте болит?» (Мучительно пробует унять дрожь в мышцах лица.) Не сказал те слова любви!.. как бы второй раз потеряла сына!.. Ещё день и она бы стала меня узнавать… Быть рядом… так должно быть в норме.

Марьяна (зашла к нему за спину). Тебя надо перепугать до смерти, лишний раз убедилась. (Делает ему короткий массаж шеи.) Тогда в тебе зашевелится что-то тёплое.

Онуфрий (всхлипнул). Идёт, не поднимая глаз, (морщится, словно от сильной боли) жести-

кулирует… иногда всё же что-то её возбуждает: шевелятся губы, грозит в небо кулачком; если кто-то пройдёт мимо, – прячет сумочку за спину. (Взгляд в пол, быстро уходит.)

Марьяна. Давай я включусь! (Ждёт.) Куда мы занырнули – в завтра или во вчера?.. Ты не готов! Не готов!.. Если ты философ, сиди в бочке и соображай.

Онуфрий (через приоткрытую дверь). К… куплю маковую кокурку. Мама любит сосать кокурку. (В дверях, в страдающей позе, размазывая слёзы по лицу.) Почувствует – вокруг неё т… тёплый дом...

Марьяна (ухватилась пальцами за воротник его рубашки, чем сильно напугала). Всё в порядке, мы уже разобрались. Иди вперёд, потом обо всём мне расскажешь!

Онуфрий. В… вопрос. Есть то счастливое место, где мне будет позволено… ничего другого – любить… придушить в себе зверя… только любить?..

Марьяна. Выбираешь мужчину получается, чтобы потом его же и обслуживать. (Приобняла, уводит.) Сердце, как никогда, щемило и ныло… Соседи уже начали к нам хорошо относиться! Сейчас он побьёт меня за эти слова. Идём уже!..

 

        9.

Топка давно как остыла, в трубе завывает (до, ми… ля-я-а!) вьюга. Ей в аккомпанемент хлопает под сильным порывом ветра входная дверь, впуская в котельную очередные порции снежной пыли.

В слабом свете луны, вдоль стенки, подбираются друг другу две тени... наконец чётко угадываются два человека. Не дойдя пару шагов, тот, что одет в широкополый плащ, щёлкнул зажигалкой и осветил лицо ставшего у него на пути, заставив его зажмуриться и склонить голову. Жёстко не даёт ему пройти. Наконец всё же отступает в сторону. Какое-то время наблюдает, набычившись, как тот, так и не подняв головы, продолжает неуклюжее движение вдоль стенки.

 

Вениамин. Эй! Овощ! (Заметил прислонённый к стене колун. Берёт его, покрутил в руке, примериваясь.) Ну так что? (Имитирует голос злодея.) Чувствуешь, некая обида в моём голосе?.. Э! развороченная мыслями голова!.. Замечаешь, в моей руке… э, тебе бифштекс положен на тарелку! (Скалится, наблюдая за тем, как тот мужественно преодолевает вставшую на его пути горку угля.) Для вида слоняешься?.. будешь волю тренировать? пятый заход... а! понято! Я должен сказать, что у тебя есть задача: не из учебника математики, от меня. Прочерк: отсюда и до бесконечности!.. накручивать круги! (серия загадочных жестов колуном) точь-в-точь как мой сосед по лестничной клетке: терзает душу игрой на скрипке!..  забьётся в угол от тишины!.. теперь это вся твоя жизнь! – что-то вроде того. Ладно. Лишь бы тебе нравилось. Это я приближаюсь к ответу на свой вопрос. (Заметив под столом вещмешок, отбросил колун и потянул его к себе за лямку. Развязав тесёмки, просунул руку в горловину и зацепил пальцами комок купюр.) Марьяна кое-какую мелочь тебе всё-таки скинула… А мне что-то причитается? (Обнюхал.) Охраняешь, как коршун. Хитреца!.. хитреца! неприятно. Сам нагрузился, – так и тает во рту, – и маму, по-видимому… – поспешил и успел! (Забросил вещмешок за плечо.) Она, понятно, ждала тебя ради этого!.. Ссышь в глаза – себе и другим!.. что следует отдельно учесть.

 

Заметил лежащую боком, столетней давности, на пружинных рессорах, коляску. Выдернул её из кучи угля, пообтряс.

 

Напивался до отключки, прикидывался чистюлей. Даже имя своё, – подарок мамы: при рождении, – и то где-то посеял!.. сам факт!.. и здесь обделался, чучело!.. Слушай сюда! Без имени ты… Цуцик!.. по самое это место – Цуцик!.. только с пустыми глазами. Мысль моя достойна? Приобщим?

 

Двинулся наперерез, спровоцировав О н у ф р и я на столкновение: по ходу движения тот ткнулся опущенной головой к нему в плечо.

 

Хотел заявиться к тебе в шинельке участкового Ухо: люблю эффекты!.. пометить лицо бритвой! (занёс над ним руку) объяснимо!.. Да ты не способен теперь оценить. Психологическая амнистия!.. (попробовал рассмеяться, получился кашляющий выдох) извини меня за сложные термины.

 

 Видя, что тот закаменел, нашёл его руку и кладёт ладонью на ручку коляски, после чего отступает в сторону. Подтолкнул в спину. Тот не сдвинулся. Подтолкнул сзади коленкой. О н у ф р и й качнулся, но устоял; отяжелевшая голова клонится книзу, и оттого то взад, то вперёд подаётся уже всё тело, но что-то заставляет его в критический моментоценить опасность: судорожным рывком выпрямиться.

Звонок на мобильный. Борясь с кашлем, В е н и м и н ругается с кем-то по телефону.

 

Ну, куда будем шкандыбать… подсказывай (отличник)… – налево?.. теоретически допустимо (все там будем)… направо? (Заметив на столе налобный фонарик, повертел в руке, крепит О н у ф р и ю на голову.) Представь, у тебя приключение. Представил?.. Являлся кто-то в «дурку» – так, по своей воле? Да, такие люди тоже есть. Но так себе спланировано. Ладно, сегодня без злорадства. А то у тебя в извилинах, слышу, посвистывает. (Вздохнул и направился к двери.) Лучше бы сказать: брешь.

 

О н у ф р и й поднял глаза. Увидев удаляющуюся от него спину В е н и а м и н а, болезненно оживился. Рванулся наперерез. В три прыжка догоняет; наскочил со спины, повалил ударом ноги на пол. Придавив коленом, срывает с его плеча вещмешок. Защищаясь как щитом, отступает. Споткнулся, падает.

Вжался спиной в оказавшуюся под ним горку угля. Торопясь, подложил вещмешок себе под голову; закрыл глаза и, нащупав рядом с собой коляску, окаменело, с улыбкой на губах, вытянулся. Затем, – как бы готовясь защищаться, – сжал кулачки на груди… Щека подёргивается от лёгкого тика.

 

Жжёшь мозги!.. всё как будто? (беззлобно отряхивается) можно не вернуться, в лёгкую! (Подошёл к нему, заглядывает в лицо.) Тебе бы не здесь – вдоль стенки… таскаться. (Устало присел на корточки.) Начать с того – принял последний вздох – от мамы?!.. Как только прорисуется что-то там в голове, топай на кладбище! Утопленников… а уж тем более, висельников, в черте кладбища не хоронят. Для твоей старушки сделали исключение. (Прошёл к окну, вглядывается из-за грязной занавески в дорогу, ведущую от котельной к кладбищу.) Цуцик, хочется верить, будет прибегать к тебе с кладбища: привык таскаться за коляской… – и для тебя у него сердце найдётся. (Заметил старый альбом на столе. Берёт в руки, пролистывает.) Что-то ты в кадр не помещаешься – лицом!.. – туловище и ноги! – на всех этих фотографиях. Ого… героические позы. Мы верим в это?.. Тебе безбожно врали: фактически тебя не было и нет! (Возвращается к нему; склонился.) Лежишь теперь с каменной рожей… Всё как будто?! утомился быть человеком?.. чего хрюкаешь?.. слюнявый. (Поднимает его рывком за грудки, с силой встряхнул. Видя, что ноги не держат, ещё раз встряхнул. Терпеливо отцепляет пальцы, которыми тот упорно хватается за края его одежды,при этом жизнь есть только в этих пальцах, всё тело, от головы до ног, находится в ступоре.) Считай, повезло тебе с Тузиком: согреет… а то и похавать что-то притащит. А чья-то заботливая рука, богобоязненная, бросит вам рядом с могилкой фекальный матрас. (Ждёт.) Ну? Долго мне тут с тобой шлифовать дикцию? Надо бы двигать куда-то. (Старается заглянуть ему в глаза.) Слушаешь меня?.. вопросы задаю, десятая минута истекает. (Одной рукой поддерживая О н у ф р и я, другой поднимает с пола коляску. Кладёт его ладонь на ручку и подтолкнул в спину. Тот не сдвинулся. Подтолкнул коленкой. О н у ф р и й качнулся, но устоял; отяжелевшая голова клонится книзу. Вдруг судорожно икнул.) Чего ты хотел добиться, когда сейчас уснул?.. Будь так. Что я буду обращать на это внимание. (Берёт в руку вещмешок. Подцепил через горловину изрядный комок купюр и высыпал на стол.) Отпал от участия в игре на самом интересном… У тебя всегда какие-то сложные соображения. Ладно, если я ещё и спорить с тобой стану. Кепчёнку у тебя заимствую. Как символ удачи. Мне тоже ещё предстоит… – весь извертелся на койке… До трёх лет думал, что имя моё… «Заткнись». С этим у нас... да... Многие считают, фиг ли? что это анекдот. Ничего... я упрямый! если вкратце… Я уже принял решение; три минуты на подготовку! (Запахнулся поплотнее, и, задев его плечом, шагнул в темноту.) Меняемся местами, Онуфрий… Рассмотрев детально, я понял: делаю сильный ход! (С порога.) Имей в виду... за дверью что-то дышало. (Слышится его голос со двора.) Цуцик! Цуцик!..

 

О н у ф р и й продолжает окаменело стоять; невидящие глаза, голова опущена. Правая рука приклеилась к телу. Левая вцепилась в ручку колясочки, подрагивает.

 

Стоит, словно не решаясь сделать первый шаг…


Яндекс.Метрика
Flag Counter
Flag Counter