"Ревность ожоговая, инфекционная"

(синкретический би́-боп)


Краткая аннотация

Если раскрутить время в обратную сторону (придётся, конечно, навоображать) – можно вполне получить игру настоящего с прошлым.

Как бонус, есть шанс заработать в особо помрачённый момент времени увесистый удар гормонов по извилинам – и вот ты опять добыча. Первобытный инстинкт, упорствуя в бестолковых ходах, привычно оккупирует мозг. Тебя то плющит, то ломает. Вытягивает нерв за нервом. Понятные лишь подсознанию ощущения!

 Путешествие во времени: в глубь ветвящихся тоннелей под скрежет срывающихся с опор конструкций твоего разума. Из одной давки в другую. Протискиваясь и застревая периодически между не подстыковавшимися частями «многосерийного сна». Когда сердце обрывается за каждым из поворотов. Когда эхо твоих мыслей бессильно заходится в дурном крике.

Опыт, который, надо признать, дорого стоит. Но дорогого стоит.

 

Спасибо «рабочим сцены», работающим с движимыми декорациями: хоть кто-то пытается помешать пространству свернуться в пятимерную трубочку, и противодействовать причудам времени, кормящемуся, с маниакальным упрямством, исключительно обманом чувств. Стоишь посреди пустыря, на котором неизвестно как оказался; стиснул руками голову, и вспоминаешь…


Скачать
Текст пьесы на русском языке
Ревность ожоговая, инфекционная.doc
Microsoft Word документ 390.5 KB

                    Действующие лица:

 

Эмма,

Ефрем,

Стеша,

Римас Пярве, частный детектив-эзотерик.

  

 

·    1.   Летняя веранда ресторана «Поместье» в Серебряном бору. Официанты привычно навели с утра порядок: подновили скатерти, расставили кое где столовые приборы. Подравняв стулья, потянулись к барной стойке.

Из банкетного зала деловито высунул нос Е ф р е м, оглядел пустые столики. Прохаживается по центральному проходу, разговаривая по мобильному телефону.

 

Ефрем. Это, конечно, не так. У самого шерсть дыбом! Пожалуйста, оставь меня в покое! Сейчас, чтоб ты понимал, я вообще распределён по топчану. (Машинально отхлебнул горячего кофе из чашки, которую держит в руке.) Я не знал о лопате пехотной! Для чего нам лопата пехотная? В носу ковыряться? Разве что! Плохо, мы живём не в идеальном мире! В идеальном мире я бы догадался!

 

Между деревьев мелькнуло белое платье.

 

Не хочу спешить с выводами: почти всех нас надо лечить! Нахожусь, как раз, на середине этой интересной мысли. (Придвинув стул, садится, закинув ногу на ногу.) Можно вляпаться, даже не заметив!.. Видишь, нас уже двое. Спасибо, что прозрел! (Краем глаза углядел  С т е ш у, в момент, когда она поднимается со стороны реки на веранду.) Тебе тоже советую размять кости! Поддайся наконец этому весёлому ощущению. (Присматривается к С т е ш е.) Дело и пойдёт.

 

С т е ш а, огибая стулья, прошла к соседнему столику. Взглянув на Е ф р е м а через ресницы, садится к нему лицом. Неторопливо роется в сумочке.

 

Созерцай подобно стоикам – спокойно. Ещё не пробовал?.. Освобожусь – приеду! Извини, я не один. (Спрятал телефон в карман. Какое-то время приглядывается к С т е ш е.)

Стеша (подняла на него глаза, прищурилась). Хотите поговорить об Эллен?

Ефрем. «Эллен»... (Задумался.) Пойдем от противного. Моя сила – воображение... А! У меня же имя это было в голове заряжено!

Стеша (перебивает его). Поглядите, какая огромная пчела! Тут как в раю.

Ефрем. «Эллен»… Я правильно расслышал? (Подсаживается к ней за столик.) С ней всё в порядке?

Стеша. А если пчела в рот залетит? Ну скорей же.

Ефрем (привстал, намереваясь пересесть поближе). Дело для меня нашлось! Не прочь по такому случаю что-нибудь предпринять. (Заметил в её взгляде, обращённым к нему, некую тревогу.) Что-то не так?

Стеша. Рот ваш сейчас… извините, искривился в нечто... четырёхмерное.

Ефрем. Надо же. По факту очень интересно.

 

С т е ш а – протягивает ему зеркальце.

 

Итак верю!

Стеша. Нет, представляете? Бесполезно что-либо планировать на такой день.

Ефрем. Давайте на моём примере. Сам однажды, пытаясь найти рифму для слова хохма, и одурев, влетел, скажем прямо, в такую нирвану! Меня так перекосило, что слово «ряженка» стал путать со словом «француженка», а сметану – с марихуаной. Получилось даже смешней, чем у вас. Сколько-там-мерная катастрофа! (Задержал взгляд на её губах.) Перемудрил. По какой-то оккультной причине.

 

С т е ш а, прищурившись, наблюдает за ним.

 

Гори оно живьём! Не сходить ли нам в «Свиное копыто»? Пойдёмте, там теперь Лука играет! (Подбадривает её взглядом.) Или мы всё же решили здесь столоваться? (Перешёл на приятный тёплый баритон.) Например, храбро переварить смоченный желудочным соком кнедлик. (Передаёт ей заламинированное меню.) Гиппократ (запомните это имя, оно нам ещё пригодится). Гиппократ так прямо и учит: чай по утрам принято пить с кнедликом. А лучше с другом!

 

С т е ш а – снисходительно усмехнулась. Извлекает из сумочки книгу и начинает читать.

 

Вы определились с блюдом? Совершенно не выношу капризных отказов.

 

С т е ш а – сделала ему знак молчать.

 

Населяете голову Джойсом и Беккетом? (Посмеивается.) Книги у вас сами листают свои страницы?

 

Не поднимая глаз, С т е ш а повторила свой жест.

 

Нёбо… пересохло. (Нетерпеливо поёрзал.) Живот… пугающе-пустой. Стефания (вы должны разрешить мне называть вас так). Приглашаем официанта? Что, начинаем?

Стеша (не поднимая глаз). Можете взять мой компот.

Ефрем (оглядел пустой стол). Звучит довольно мирно.

 

С т е ш а – отчеркнула ногтем строчку в книге и показала ему. Не дав толком прочитать, захлопнула книгу, прячет в сумочку.

 

Знаете, за что я люблю завтраки? За завтраком можно вилку назвать вилкой! То есть испугать всех, кого можно.

Стеша (жёстко выпрямилась). Внезапно так!

Ефрем. Некоторым хватает злобы настаивать, чтобы я посетил психиатра.

Стеша. Так как вопрос опоздал...

Ефрем. Что значит «опоздал»?.. Постойте, не прячьте лицо. Почему мне нужны сейчас ваши глаза? Я – неврастеник. Помните об этом?

 Стеша (что-то её заинтересовало, вглядывается в окно). Тут целыми кустами стояла сирень!.. Уверена, раньше я ездила сюда другой дорогой. (Не прощаясь, уходит.)

Ефрем (привстал). Собирались поговорить ещё об Эллэн!..

 

·        2.   Отель «San Gallo Palace» (Венеция).

Лениво осматривая вестибюль, по главной лестнице спускается С т е ш а. Направилась сквозь сутолоку гостей и постояльцев к стойке ресепшен. Е ф р е м при её появлении поднимается из кресла. С т е ш а остановила на секунду на нём свой взгляд, продолжает движение. Он немедленно направился к ней.

 

Ефрем (широко улыбается). Так пари или нет? Видите, я не передумал!.. Извините, стоим на проходе. (Взял её за руку и отвёл в сторону.) Присядем?

Стеша (требовательно посмотрела). Был звонок консьержа в мой номер…

Ефрем. Он какой-то бестолковый, согласен.

Стеша. Чем я во Флоренции занимаюсь, мне объяснять не надо!..

Ефрем. Тоже хочется довести дело до конца – приобщиться к искусству Ренессанса, знаете ли, – и всё подчистить. Ведь мы с вами обсуждали! Вкратце! Всякий раз, как только вы смените свои географические координаты – я, для доказательства своей особой способности, телепортируюсь тем же маршрутом: из точки А в точку Б.

Стеша. Думаете, я об этом помню?

Ефрем. Вот. В этом и состоит мой план.

Стеша. «Точка А, точка Б»… Это абсолютно не интересно ни для кого.

Ефрем. Так пари или нет? Видите, я не передумал!.. Основное, обо что спотыкаюсь: надо бы нам что-то придумать. Пригласить специально несколько приличных людей. (Берёт её за локоть и провёл к креслу. Садится рядом.) Обратиться к кому-то третьему; должен выступить третейским судьёй! Чтобы отфиксировать сам факт.

Стеша. Кто-нибудь! остановите эту ложь!

Ефрем. Кипренский, Клизмах, – тут всё стадо! Вспотеешь!

Стеша. Какое отношение это ко мне имеет?

Ефрем. Ну, как же!

Стеша (раздражительно вздохнула). Я не врач, я вас не вылечу.

Ефрем. Признаю вину следующим образом: мне стало интересно, и я... Согласен, какой-то процент скептиков всегда останется! Но если мы войдём в тему поглубже... Иногда получается!

Стеша. Меня это не увлекает, как вас.

Ефрем. Как взяться! Может, упрощаю?

Стеша. Будет лучше, если вы напомните мне своё имя.

Ефрем (прячет улыбку). Давно понял: в общении с девушками полезно располагать свои мысли в столбик. Представьте картину. Входит девушка. Усы побриты… губы подкрашены… На человека похожа!

 

С т а с я пытается встать. Е ф р е м удерживает её за руку.

 

Сколько б вы меня не отменяли… Чувствую себя ещё в большей степени одновременно и бумагой с каракулями, и ластиком, которым эти каракули стирают. Расщеплённость! Не морщитесь. Сам с отвращением произношу это слово. Результатом расщеплённости явится рождение клонов: некоего меня второго, некоего меня третьего…  Только я буду всегда их худей – раз. Злей – два. Хитрей – три. (С виноватой ужимкой.) Со мной бесполезно химичить. Такой секрет.

Стеша (сидит, жёстко выпрямившись). Что я буду вообще обращать на это внимание.

Ефрем. Видите, базовые знания у нас имеются! Строго по учебникам! Ну, не хотел я про «расщеплённость»! Ведь вас всё равно не обманешь! Ну, так сформулировалось.

Стеша. А ведь я не договорила!

Ефрем. Извиняюсь…

Стеша. Слово «столбик» вы произнесли случайно?

Ефрем. Действительно, как относиться к таким словам? Нет, слово «столбик» я предлагаю рассматривать всё же не по отдельности. И без того идёт тяжело! Извините за сумбур; по правилам я должен был бы сейчас…

Стеша. Похоже, каждый день тренируетесь! Но я изменила правила!

Ефрем. Прямо сейчас это случилось? А можно узнать подробности?

Стеша. Не скажу.

Ефрем. Какие изменения? Не запомнили?

 

С т е ш а – поглядела на часы.

 

Какие именно? Опять написано белым по белому? Просто всё это надо выяснять на входе, чтобы избегать ненужных споров.

Стеша. Мне становится скучно, и я придумываю что-то новое.

Ефрем. Вот! Только у меня начало что-то получаться...

Стеша (натянуто рассмеялась). Все эти ваши бесконечные эсэмэски, которыми вы меня забрасываете. Придумайте для себя занятие посвежей!

Ефрем. Половину всех этих действий... да, совершил я. Хотя не доказано ни разу.

Стеша. Этот секрет понять не сложно.

Ефрем. По судьбе так выходит! Таскаю секреты на себе, как железные латы. (Ослабил ворот рубашки.) Нет, я почти смирился!.. Фу, вру. Почти исправился!  

Стеша. «Исправился» для меня не ответ.

Ефрем. Если б кто-то помог мне ещё выпрямить голову…

Стеша (поглядела на часы). Сейчас вообще не о вас речь. Должны понимать: девушка почти всегда живёт с ощущением, что её мозг – постоянно ей – врёт! А тут ещё вы подсовываете мне себя в поле зрения.

Ефрем. Это мне на ум никогда не приходило.

Стеша. А представьте!

Ефрем. Вам одни мои недостатки в глаза лезут?

Стеша (посмотрела на него изучающе). Пчела дала мне несомненный знак, застряв у вас в волосах. Ну слушайте внимательно. Вы бы могли мне… помочь?

Ефрем. О чём речь?.. Любая помощь!..

Стеша. Конечно, я бы могла и обойтись сама…

Ефрем. Я сделаю это лучше.

Стеша. Говорите, говорите... Переходите уже от опытов надо мной к опытам над собой.

Ефрем. Всё, что угодно! Разгрызть кисель, например!.. (Кисель? Смешно) Что именно требуется?

Стеша. Сейчас вспомню… Дайте сказать!.. Вот так всегда! Никто у нас, в сущности, ничего не помнит!

Ефрем. Но жить всё равно как-то надо.

Стеша (насупилась). Следовало ожидать.

 

Молчат.

 

Ефрем (заглядывает ей в глаза). Успеем ещё про то, что мне предстоит оказать вам услугу?.. Надеюсь, я буду обладать свободой в рамках сценария?.. У кого можно спросить? Видите, я никуда не делся!

Стеша (обращается к кому-то третьему). Что он такое говорит?!

Ефрем (с какой-то виноватой ужимкой). Сделаем маленький ход! Лёгкий вариант – вернуться к тому месту, где память начала давать сбой.

Стеша. Вот и займитесь. (Порывисто поднимается из кресла.) Может, тогда не будете столь сонным. Вы тут пока повыясняйте… друг с другом! А я подумаю, что именно позже скажу. На будущее: конфи из кролика со специями мне не по вкусу. С лёгкостью можете готовить это у себя на кухне. (Выразительно взглянула на него, прежде чем уйти.)

 

·        3.   Парк Серебряный бор.

П я р в е толкает по парковой дорожке велосипед со сдутой шиной. Э м м а остановила его свистом. П я р в е нервно ищет глазами. Наконец заметил Э м м у. Простонал.

 

Эмма (выходит из-за кустов). Детектив Пярве! (Поманила его пальцем.)

 

П я р в е прислонил велосипед к дереву. Направился к Э м м е.

 

Работает мысль? Что к этой минуте?

 

П я р в е извлекает из рюкзачка папку с бумагами и передаёт Э м м е.

 

Эмма (листает страницы). И это тянет на неделю работы?

Пярве. Сильный своими деньгами, он, конечно, секретит.

Эмма. Текст с такой репликой я уже слышала. Пожалуйста, объясните это себе.

Пярве. У меня есть повод для гордости. (Извлекает с неразъяснимым возбуждением из бокового кармана завёрнутый в чёрную ткань клок волос. Принюхался левой ноздрёй. Даёт понюхать Э м м е.)

Эмма. Волосы?

Пярве. С человечинкой связано! (Приложился правой ноздрёй.) Женские, освежёванные! Объясняю: есть райские гены, а есть адские. Много побочных оттенков. Задачка: как протиснуться сквозь тайну?.. Просится такое объяснение: информация умело стёрта и заменена! (Гортанно вскрикнул, заставив Э м м у вздрогнуть. Глаза у него ритуально закатились, обнажив белки.) Чухма, фухчма! Аптсхчу!.. Кур-кур-жа, Кур-кур-га! (Сердито потряс головой, запрещая Э м м е приблизиться и взять волосы в руки.) Бережно обращаемся, как с талисманами!

Эмма. Ну, давай, рассказывай.

Пярве (открыл глаза и начал вращать ими; заговорил окаянным шёпотом: на полпути к трансу, сбиваясь в крикливое кудахтанье). Кур-кур-ча, Кур-кур-ца!.. Кур-кур-жа, Кур-кур-га! (Поднял воспалённые глаза на Э м м у.) Просыпаюсь под утро – нахожу у себя во рту два своих пальца! (Пожевал губами.) И понимаю: от меня хотят, чтобы я свистнул!

Эмма. Ну!.. С помощью чего я должна это понять?!

Пярве (загадочно подмигнул). Обычно в машину подбрасывают презервативы, неиспользованные. (Поймал на себе тяжёлый взгляд Э м м ы.) «Доброжелатели» развлекаются! Целое поколение болванов!.. А того не знают (возвращаемся к волосам)! Суккубы и инкубы сохраняют волос тысячи лет! единственный внятный отпечаток! Как по карте можно читать! Читать по волосам – моя фича! Трижды усовершенствовал!

Эмма. Выяснили наконец – кто она такая?!

Пярве. И ещё. В подтексте твоих нервических переживаний. (Демонстрирует одну фотографию, другую.) Не знаю, то ли я натряс?

 

 Э м м а в нетерпении забирает у него пачку фотографий.

 

Обволакиваем. Подбираемся всё ближе и ближе. Ещё шаг – в потустороннем придётся конкретно ворошить. Что скажешь? Мёртвое дерево пустило почки? Определи свою волю!

Эмма. Качество фотографий безобразное! Словно бы через мятый полиэтиленовый пакет снято. Откуда-то с пятой точки. Это я так. Шучу.

Пярве. Отсканировано. (Пожевал губами.) С оригинала. Чуть-чуть оптический вектор во время съёмки не туда смещается. А вдруг здесь этого и не требуется?

Эмма. Мини-юбка «минус двадцать». На всех снимках она выглядит… простушкой. Совсем уж что-то такое… невыразительное. Плохо, мы видим как бы гадательно. Откуда у тебя, Пярве, эти фотографии?

Пярве. Поищи там, где крупный план!  Где поместилась в кадр целиком!

Эмма. Я откуплюсь от неё!

Пярве. Не уверен, что с этого следует начинать.

Эмма. Просчитай вариант, во что мне это обойдётся.

 

П я р в е – развёл руками.

 

Я заплачу!

Пярве (обернулся. Приглядывается в ту сторону, откуда пришёл. Сердито кричит). Ты! в бейсбольной кепке! Отойди от велосипеда! А ну пошёл отсюда! (Прихрамывая, сбегал за велосипедом. Укладывает его на траву, едва не зацепив рамой Э м м у.)

Эмма. Сдулась шина?

Пярве. Койот выскочил на дорогу.

Эмма. Пярве… я не пришла сюда шутить.

Пярве. Не надо было вызывать меня на допрос. Если ты по каким-то причинам не расположена.

Эмма. Когда я выпила, Пярве, меня трудно задеть! (Одна из фотографий её особенно заинтересовала.) Поношенные кеды на ногах. Эта… неприбранность. И сразу за ней стоит, и сюда его принесло!.. Ефрем. (Скрывает за усмешкой неловкость.) Предлагаешь мне версию сна, который я не успела разглядеть?

 

П я р в е – понимающе кивнул.

 

Почему он так странно выглядит? Никогда он так не одевался. Посмотри, как ты меня запутал. Что у него с лицом?

Пярве. Давайте в отдельный разговор вынесем. Почитайте отчёт за последнюю неделю. Красным цветом на карте помечены те места, где он любит задерживаться.

Эмма (надела большие черепаховые очки). Довольно нелепо, наконец! Представляешь, эта девица… Она напоминает мне… Ингу. Учились на одном курсе.

Пярве. Ведь он был на Инге, если я понимаю… женат.

Эмма (не сразу). С порога узнала эту студенческую кафешку! (Улыбнулась каким-то своим воспоминаниям.) Собирались там человек по тридцать, пили вино и начинали чудить!

Пярве. С наших позиций – известная «геометрическая» фигура!.. треугольник.

Эмма. Гос-споди! Студенческое увлечение!

Пярве. Я не говорил, но подразумевал.

Эмма. «Мисс Стерлитамак»!.. Замучила его своей ревностью. Такие семьи долго не сохраняются. (С вымученной улыбкой.) Фотографии сколько-то-лет-давности! (Взглянула на него глазами обиженного ребёнка.) Пярве! Что ты мне подсовываешь?

Пярве (передаёт ей другую пачку снимков). А вот ещё одна версия «сна». И разрастается он явно не в ту сторону. Обрати внимание: на всех фотографиях, снятых в разных местах, – двуногая красавица.

Эмма. «Сорт мороженого»? То, что ты назвал! (Фыркнула.) Улучшает форму ягодиц?

Пярве. Глаза с поволокой, не забывай о глазах с поволокой!

Эмма (нервно просматривает фотографии). Опять я поняла только наполовину! Слушай, Пярве! Бери свой «отчёт», и покидай их всех вместе в один большой мешок для мусора! Этот твой отчёт – лгун.

Пярве (скривился в улыбке). Конечно, можно махнуть рукой на совпадение. С момента развода сколько прошло? Двадцать три года. (Показывает ей другую фотографию.) Ещё один ракурс!.. Не решился б тебе вызванивать, если б не одно обстоятельство. Приглядись к Ефрему.

Эмма. Ты идиот? Что означают эти снимки? Хочешь сказать, он опять с ней встречается?!

Пярве. Тоже хороший вопрос! (Сдвинул брови и задумался.) И потому 0:0 в мою пользу. Именно так я и отреагировал! Пока не обратил внимание на всю загадочность. Получается – Ефрем с годами меняется. Что, в целом, естественно. А Ингу время ну никак не берёт!

Эмма.  Вот так немногословно?.. Так кто из них «переросток»? Ты меня запутал!

Пярве. У меня не хватает рациональных аргументов – не стану скрывать. Наверное, неправильно.

Эмма (пересматривает фотографии). Ещё меньше я хочу наслаждаться твоими фантазиями, словно они настоящие!

Пярве. Появление этих фотографий только добавило вопросов.

Эмма. Никакой подходящей подготовки… Подсунет математическую формулу, и улыбается от уха до уха. Для этого я тебя завербовала? Сбросил всё на меня! (Отвернулась, чтоб скрыть свои слёзы.) Навредить всегда легче! Давай, Пярве, не пойдём по этому пути. Пускай постепеннее будет! Я не способна долго существовать на таких отрицательных эмоциях.

Пярве (лицо перекосилось от нервного тика). Спим?!

Эмма. Хватит лечить меня внушениями! Не даёт никому слова вставить!.. Записывайте каждую подробность (хочу, чтоб вы не просто делали вид). Продолжайте работать, Пярве!

 

П я р в е – покатил велосипед вглубь парка, хмуро насвистывая себе под нос.

 

·      4.   Ресторан «Поместье».

На летнюю веранду, с разных сторон, поднимаются Э м м а  и  С т е ш а. Сходятся за одним столиком. Э м м а какое-то время изучает С т е ш у, пока та снимает перчатки.

 

Стеша. Хотите поговорить об Эллен? (Поднимает на Э м м у глаза, прищурилась.)

Эмма (помедлив). У вас губная помада размазалась.

 

Молча изучают друг друга.

 

То ли вы прозевали!

 

С т е ш а извлекает из сумочки зеркальце. Посмотрелась. И тут же прячет зеркальце на место.

 

Но мысль моя нам не пригодилась…

 

С т е ш а, в ответ на усмешку Э м м ы, непроизвольно скорчила гримаску.

 

По-видимому, здесь должна быть другая реплика. Я правильно угадала?

 

С т е ш а – с вызовом держит взгляд.

 

Так надолго задумались… Самое ценное опять в пустоту!

Стеша. Можно, наконец-то, я спрошу?.. Вам нравятся драмы, и монологи, по-видимому. Это из того, что я успела сообразить.

Эмма. «Монологи» особенно.

Стеша. И душные шутки.

Эмма. Не знаю даже, как объяснить. Захотелось поднять вам настроение!

Стеша. Как-то сразу поверила! (Разглядывает ногти.) Не будь я такой усталой! Недельный курс обучения подглядыванию и подслушиванию совсем выбил меня из колеи. Ой, поглядите, какая огромная пчела! (Притворно отшатнулась.) Тут как в раю.

Эмма. Если привыкнуть.

Стеша. Вы в порядке?

 

Э м м а, прихватив машинально горсть орешков из вазы, раздумывает. Возвращает орешки на место.

 

Нравится ваша нордическая стрижка, вы понимаете.

 

Э м м а ответила усмешкой на усмешку.

 

Говорю без какого-либо намёка со своей стороны.

Эмма. А… ну да.

Стеша. Просто обменяться, знаете ли, простенькими сведениями.

Эмма (натянуто рассмеялась). Желание поупражняться…

Стеша. Поупражняться, на это я и намекала!

Эмма. В каком месте зачесалось?

Стеша. Чтобы уж!.. О, вы мне напомнили. Купила новые туфли (как вы оригинально выразились: «зачесалось»). Но не хватило терпения толком покрутиться перед зеркалом. (Поднимается как бы нехотя. Наигранно покачивая бёдрами, прошлась перед Э м м о й, словно на подиуме.) Каблук не завышен? Обувь для меня всегда самая коварная вещь. Не грубовато? Хочется, знаете ли, подчеркнуть совершенство ног. (Вернулась за стол. С насмешливым вызовом наблюдает за Э м м о й.)

Эмма. В медицинском смысле, очень интересно!

Стеша. В точку! Хочется узнать мнение умудрённого человека.

Эмма. Плохо, коленки мешают в ходьбе.

Стеша. Строгости какие!

Эмма. В целом… страшнее всякого описания!

Стеша. А вот ещё мысль. Точнее, вопрос от читателей журнала Esquire. Вы не дуб-дерево в постели?

Эмма. Полицейский жаргон?

Стеша. Не собиралась, но теперь скажу. Самое обидное: наверняка ведь всё делали, что он хочет в постели!

Эмма (фыркнула). Чего никто не понял…

 

Сощурив глаза, продолжают изучать друг друга.

 

Стеша. «Дуб-дерево». Такая формулировка, медицинская. Просто в шутку!

Эмма. Дурная радость какая-то у вас.

Стеша. Но почему бы не спросить…

Эмма. Съели что-то обжористое?

Стеша. Говорите, продолжайте!.. Не потому, что я не помню ваш вопрос!

Эмма. Действительно, лучший результат получается, когда вы тихо сидите на стуле.

Стеша. По-видимому, вы лучше подготовлены!

Эмма. Я даже ещё не приступила!

Стеша. Очень легко обижаетесь. (Театрально поправляет шляпку.) Обижаться на детскую игру? С зоологической точки зрения… да.

Эмма. Может, мы к этому вопросу, действительно, ещё вернёмся.

Стеша. Добавить грелочку к ногам?

Эмма. Всё мимо!.. Всё. Мимо!..

Стеша. Не сразу получается!

Эмма. Зато в голове так… чистенько.

Стеша. С богатым воображением! Лучше, чем я формулируете!

Эмма. Радостный аттракцион... Как знала!.. Будем думать, как быть с вами.

Стеша. Вот это меня тоже интересует! Усложним задачу. Не помню: третий заход?.. Хотите поговорить об Эллен?

Эмма (заносчиво выпрямилась). Можно смеяться?!

Стеша (вдруг, с наигранной озабоченностью). У вас есть что-то от триппера?

Эмма. Послушайте… А на себе вы пробовали?!

 

С т е ш а театрально склонив голову, посмеивается.

 

Проскочили поворот; вас уже проинформировали? От триппера поищите у себя в сумочке!

Стеша. Правильно вы смеётесь!.. Хотя… нет. Это же я сама смеюсь! Видите! Ну, не могу я не врать! Ах да, врать, вот, врать. Буквально бред сивой кобылы… Такая, знаете ли, у меня мантра. (Фыркнула.) Ну, немножко (немножко)! (Игриво поиграла перед глазами Э м м ы пальчиками.) Эта история про нас: Хара кири. Увидимся во сне!

Эмма (фыркнула). Видимо, это будет нечто.

Стеша. Всё на-сто-я-ще-е!

Эмма. «Трава пережёванная»!.. Всё сходится!

Стеша. «Траву» заковычили в несколько слоёв. Чего это вы?

Эмма. Дурёха… (Выразительно посмотрела.) Меня не собьёт твоя маскирующая окраска!

 

Порывисто поднимаются словно бы опасаясь засидеться на старте и не остаться в хвосте. Удаляются, каждая в свою сторону.

 

·        5.   Спальня в квартире Е ф р е м а  и  Э м м ы.

Сквозь закрытые шторы пробиваются тонкие полоски дневного света. Е ф р е м расположился в кресле: всматривается в картину, которую разместил на подлокотниках стоящего перед ним стула.

Приоткрыв дверь из ванной комнаты, входит Э м м а, запахивается на ходу в пляжный халат.

 

Эмма. Сидишь в темноте... Давай-ка мы набросим тебе «диоптрий». (Включает верхний свет.) Что ты там высматриваешь? (Подошла к нему со спины: чуть нагнувшись, обняла за шею.) Странный выбор… Зачем тебе эта картина? (Сдавила двумя ладонями его голову. Какое-то время разглядывают картину молча.)

Ефрем. Мощная атака на разум. 

Эмма. Не долго мы наслаждались покоем... (Берёт картину и возвращает на гвоздь, лицевой стороной к стене.)

Ефрем. «Конфигурационное пространство номер 1. Конфигурационное пространство номер 2».

Эмма.  Назвали не то, что надо.

Ефрем (сменил точку обзора). Считаю, что очень удачно!.. Полезно временами выныривать из болота обыденщины.

Эмма. Ноги уже не помещаются в трёхмерном пространстве?

Ефрем. Художник, я его примерно понимаю. Такой способ увидеть мир сбоку!

Эмма. Разбудили твоих «тараканов»?.. Интересы у тебя сместились куда-то…туда.

Ефрем. Застать чудо врасплох! Сижу вот, вымериваю циркулем – как лучше подступиться.

Эмма. Может, смотреть надо в очёчках?

Ефрем.  Заметь, это я ещё стараюсь говорить аккуратно.

Эмма. Да? Просто не сразу сообразила.

Ефрем.  Согласись, если б мы больше о себе знали... Что здесь дебатировать? Художник нашёл свою особую «делянку». Всё у него по-честному.

Эмма. Запомни, только я имею право пить из тебя кровь.

Ефрем. Такой был уговор?

Эмма. Ладно, посмаковали немножко. (Взъерошила ему волосы. Принюхивается.) Почему от тебя не так пахнет?

Ефрем (старается увернуться от её рук). Что ты там делаешь у меня за спиной, такая нарядная?

Эмма. Сменился гормональный фон?.. Ой, как мне интересно тебя расспрашивать...

Ефрем. Тренируешь остроту обоняния?

Эмма. Замри!.. Дождёшься, очень профессионально поступлю с тобой. Нет, это я уже про другое…

Ефрем. Что ты сразу нервничаешь? (Поймав за руку, тянет её к себе.) Какой ты сегодня зверь? (Усадил к себе на колено.) Эмма! Может, ты даже меня слышишь!

Эмма (ушла от него в сторону). Мы попытаемся обсмеять меня чуть позже. (Прошла к столу. Чуть помедлив, наливает из бутылки вино в бокал. Усаживается на кровать, поджав под себя ноги.)

Ефрем. Тебе хорошо, загадочно улыбнёшься и промолчишь. Это классика. Кому выгодно, чтоб я тоже втянулся.

Эмма (потягивает вино). Вхожу в твоё тяжёлое положение.

Ефрем. И как это скажется на голове? (Смешно потянулся.) О, зачем я так спросил?.. Сбесились они, что ли?.. откуда-то мухи в рот залетают! (Отплёвывается в кулак.) Втягиваешь в разговоры... (ищет обо что бы обтереться) после чего в голове рождается куча всего!

Эмма. Что ж, будем удивляться.

Ефрем. Уже мы интересно говорим. Угнаться за твоим настроением. Что нам с этим делать?

 

Посматривают друг на друга. Молчат.

 

Почему ты не выходишь на связь? (Вымученная улыбка.) От тебя сегодня одни вибрации. (Двинулся в её сторону. Остановился.)  А! Всё равно тех, нужных слов, не существует.

Эмма. Тема почему-то волнительная.

 

Е ф р е м достаёт из-под подушки букет. Распушив цветы, кладёт рядом с Э м м о й.  Ждёт. Э м м а даже не взглянула. Отбросила букет в сторону.

 

·        6.   Художественная галерея «Hammer Museum» (Лос-Анжелес).

С т е ш а, с каталогом в руке, медленно обходит зал, в котором представлена сменная композиция картин молодых художников из России («Вольное товарищество «Микроб»»). Делает пометки в каталоге. Е ф р е м, мягко ступая, подкрался к ней со спины.

 

Ефрем. Народ подтягивается!

Стеша (обернулась). Что вы здесь делаете… сударь?!

Ефрем. Пришла эсэмэска от вас: «Эй! Найдёте меня в Монтрё».

Стеша. Нашли?

Ефрем. Не сразу. Поиски привели меня в Лос-Анджелес.

Стеша. Так вы ещё и следопыт?

Ефрем (пожал плечами). Так должно быть в норме.

Стеша. Это один диагноз. (Продолжает движение, время от времени делая пометки.)

Ефрем. Один диагноз – скучно, даже для одной жизни!

Стеша. И?

Ефрем. И вот я здесь!

Стеша.  Какое-то вывихнутое желание.

Ефрем. Вопрос, как эту вывихнутость измерить?.. На самом деле, логика простейшая. В Лос-Анджелесе выставляются картины, к которым я неровно дышу. Наверняка, подумалось мне, художник, по неопытности, догадается осчастливить почитателей своим (задержал взгляд на её губах) присутствием!

Стеша.  Бездумная охота непонятно за чем.

Ефрем. Можно поздравить Вольное товарищество «Микроб»! Всё очень не ретро! (Жест в сторону уходящих вглубь выставочного зала картин.) Нестерпимо вкусно! (Задержал взгляд на её губах.) Кипят у некоторых оригинальные идеи!

Стеша (искоса его оглядела). Плохо, об этом мало кто знает.

Ефрем. Я мешаю?.. Мне же, действительно, надо прогуляться в тихое место! Ухожу, ухожу.

 

С т е ш а продолжает движение сквозь лабиринт стендов.

 

Ефрем (вновь возник у неё за спиной). Считаю, успех полагается отметить! Мне присоветовали один симпатичный ресторанчик. Кормят живыми червяками, разных возрастов. Можно консолидироваться без затей!

Стеша. Даже лёгкого позыва нет!

Ефрем. Я вам как пример говорю. В Лос-Анджелесе, читайте буклеты, целая куча вариантов.

Стеша. Ноги подгибаются от смеха! Перестаньте!

Ефрем. Выясню для себя: вы хорошо спите?.. Я понимаю, вопрос некорректный… Из прессы просочилось: выставка открылась скандалом! Украли вашу центральную картину! (Извлекает из кармана газетную вырезку. Читает.) «Конфигурационное пространство номер 1. Конфигурационное пространство номер 2». Берём этот факт на заметку.

Стеша (перебивает его). Мы наслышаны.

Ефрем. Что предпримем в ответ?

Стеша. Мир, который мы видим, не настоящий. То, что в нём происходит, меня не касается.

Ефрем. Вам жжёт сердце в очередной раз, я понимаю.

 

С т е ш а искоса поглядела на него. 

 

Сам был птицей без гнезда, очень знакомо. Нет, это не моя мысль. Цитата. Да, с экономией нервов при таких обстоятельствах не всё получится! Хорошо – подключилась полиция. Не знаю, раскроют ли они это дело? (Наткнувшись на стенд, зашёл с другой стороны.) Не лучший вопрос, но всё же! Какая картина может стать следующей? На случай, если этот процесс перекинется, по-видимому, потребуется, чтоб я усилил свое присутствие.

Стеша. Так в чём беда? Вы, собственно, кого здесь представляете? «Общество паранормальных штангенциркулей»?

Ефрем (замялся). Понимаю, главное в таком деле – секундная готовность! Правда, здорово на этот раз сформулировал?

Стеша. Хотелось бы обойтись без стрельбы.

 

Е ф р е м – пожал плечами. Стоит, наблюдая за тем, как С т е ш а всё дальше удаляется от него. Исчез в лабиринте стендов. Вновь возникает – как чёрт из табакерки.

 

Ефрем. Итак. Рассмотрев обстоятельства, подытожим.

Стеша (вздрогнув, обернулась). Привыкли просачиваться отовсюду со спины!

Ефрем. Мы, специалисты... Да кто сейчас специалистов слушается! Для того, чтобы восстановить картину (не знаю, подходит слово «восстановить»... не важно), попробуем, Стефания, уйти от логики! Вам понадобится натурщик. «Демон-любовник».

Стеша. Себя предлагаете?

Ефрем. Во всяком случае, так запущено у меня в голове. Боюсь, вы правы, и мне придётся существенно уподобиться.

Стеша (с усмешкой). Картина в стиле «ню»если помните. Знакомы с Лос-Анджелесом? Придётся ведь где-то украсть водолазный костюм!

Ефрем. Мы так и сделаем.

Стеша. Представьтепозировать в «водолазном костюме»!.. Следите за мыслью? Где зародилась идея?

Ефрем (посмеиваясь, указывает пальцем на неё). В голове.

Стеша. Спасибо, что вы есть. Сама бы я никогда не догадалась. Стойте! Не двигайтесь! (Изучает его лоб, щёки, скулы… подбородок.) Не мешало бы добавить что-то к паттерну нижней части лица.

Ефрем. Эстетский момент, я понимаю. Кстати! Если говорить о внешности… Пригодились накачанные в студенчестве мускулы. Стоп. Не то озвучил! Сам запутался. В моём воображении водолазный костюм, по-видимому, ассоциируется…с самцовостью. Как? Напугал?

Стеша (продолжает движение). Лучше не вдаваться.

Ефрем (кашляет со значением). Или от таких потомство не получится нужное?

Стеша. Вы за всё хватаетесь! 

Ефрем. Извиняюсь. Спросил в качестве полушутки. Кто-то меня с этим текстом подставил! Зачёркиваем!

Стеша. «Полушутка»… Этот слово слышу сегодня третий раз. За что?

Ефрем. Очень много случайных букв в словах, согласен.

Стеша. Последите вообще за речью: какой-то лабиринт вставок и вычеркнутых мест!

Ефрем. Сбиваюсь. Потому как вы всякий раз пытаетесь измерить мысль мою линейкой. В чём нам на самом деле уникально повезло: двигаемся в дикой динамике.

Стеша (искоса посмотрела). Непонятно только, зачем нам этим так весело заниматься…

Ефрем. Если мне будет оказана честь… Чего бояться?! (Какое-то время сопровождает её молча.) Пойти, что ли, побороздить просторы коридора?.. Форсировать или не форсировать?.. покурю.

Стеша.  Спасибо.

Ефрем. В чём ценность моей мечты? Она не изнуряет.

 

 Какое-то время С т е ш а продолжает движение без сопровождающего.

Заворачивая за угол стенда, вновь наткнулась на Е ф р е м а.

 

Ефрем. Хочу выйти с инициативой. Оцените! Какие деньги позволят компенсировать утрату картины? Пятьдесят тысяч долларов, – такие деньги будут мотивировать?  

Стеша. Ну, это надо считать…

Ефрем. Чего мы хотим? Наверняка в экспертном сообществе существует специальный расчёт. Порешать бы какое-то длиннющее уравнение; насладиться! (С вымученной улыбкой.) Честно! Я бы с радостью открыл учебник математики!

Стеша. Анонс «чуда»? И найдётся кто-то, кто деньги даст?

Ефрем. Если опираться на лучших людей страны... Пятьдесят тысяч! Так это прозвучало! Картины, конечно, со временем только набирают (жест пальцами) в объёме. Целые поколения кормятся! Кстати, а спецперевозка? Мы забыли!.. Накинуть пару тысчонок?

 

С т е ш а сделала ему знак молчать.

 

Видите, мы собрались: сели, подсчитали… (С виноватым выражением лица.) Я, наверное, назойлив… У каждого из нас свои вибрации… А ответственность на мне! Итак. Та же мысль, но только умнее. Я в деле?

Стеша. Хорошо, я познакомлюсь с этим типом.

Ефрем (расплылся в улыбке). Не прощаюсь!.. О! Не пугайтесь! Чего только не придумают! Догадываетесь, что за пакость у вас за спиной сейчас концентрируется?! (Воспользовался тем, что С т е ш а обернулась, юркнул в ближайшую дверь.)

 

·        7.    Петровский парк, северная часть Москвы.

После всех этих дождей наконец прояснилось.  П я р в е, поминутно озираясь, старается затеряться среди деревьев. Налетел на Э м м у, неожиданно возникшую на его пути.

 

Эмма. Бегаешь от меня?

Пярве (испустил тоскливый стон). Что так рано?

Эмма. Не хочешь объяснить аспекты?

Пярве. Загляделся… на воробушка. Наблюдение за пернатыми помогает мне вскочить в свой инкуб.

Эмма. У тебя – так? Ноги ещё не стоптал? Всё волочишься за «воробышками»?.. Полный набор.

Пярве (молча берёт её за локоть и увлёк за разлапистую липу). Помните, делали в детстве бумажные самолётики?

 

Э м м а, обмерив его взглядом, усмехнулась.

 

Если сложить самолётик не так, как всегда, а наиболее симметрично, после чего, взяв клей «Момент», приклеить его на ветровое стекло в машине с шашечками. Мы (я имею в виду человечество)…

Эмма. Это вопрос? (Похлопывает себя по колену перчаткой.) Предлагаешь поискать такого воробышка, который эту твою «бешенную табуретку» обгонит? «Самолётики», «воробышки»… Клей «Момент»… Круг твоих интересов нам понятен. Всё это, конечно, занимательно. А где здесь ты?!

Пярве. Подвергаю художественной обработке бессмыслицу!

Эмма. У тебя пошла работа?!

Пярве (виновато посмеивается). Попробуем понять по порядку. Знаешь, почему ты злая? Понимаю, тебя пугает на очень глубоком уровне!

Эмма (перебивает). Не сработала твоя «кабалистика»: кукование дурацкое! «Суккубы и инкубы»! Мне интересно, сколько времени тебе понадобится, чтобы понять: на фото, которые ты мне показывал…(Фыркнула.) Коза... Наглая аферистка! Там вовсе не она!

Пярве. Как много твоих драгоценных нервов ушло на обдумывание?

Эмма. Пришлось узнать от кого-то третьего!

Пярве. Опять ты всё упрощаешь. Нет такого ритуала, который снимает двойную печать!

Эмма (помедлив). Разве не существует особенного словца?

Пярве. Патовая ситуация. Пробует заниматься один мой знакомый сатанист. Высох как палка!

Эмма. Ну, вечно так… Разведать – твоя задача!

Пярве. И сразу захотелось применить твою мысль! (Извлекает фотографию из кармана, присматривается.) Первое. Ефрем снят в разное время. Ибо. Разная энергетика со снимков считывается!.. обычно это в уме! Второе. Угадай, ведь мы не обсудили! Разберёмся, кто рядом с ним в кадре! На одних снимках – Инга… его первая жена. (Ему пришлось прикрыть глаза от солнца.) «Жена». Нравится слово, его легко выговорить. На других – Стефания. А если такой вариант: Стефания – дочь Инги! А? Кипяточек, то, что надо! Мы, шизофреники, любим противоречить самим себе: создавать трудности. И если мне не будут мешать. Твои слова меня натолкнули… Знаешь, от этой мысли твоей вклад будет. Вдруг почувствовал, что разгадаю сейчас тайну… Ведь как на мать похожа: словно с её лица списана!.. Ты зря не смеёшься!

Эмма. Это ни разу не забавно.

Пярве. Правильным, конечно, является третий ответ, или пятый… но мы его пока не знаем. И что нам с этим делать? Если такой вопрос возник… По факту: ведь всё равно не получаем ответы на вопросы! (Помедлив, деликатно кашлянул.) То, что ты хотела?

Эмма (покосилась на него). А что я хотела?

Пярве. Так что же получается?.. Дай подумать. (Ходит кругами вокруг дерева (пришёптывая), старательно ступая шаг в шаг.) Сложно... Сложно... Не будем пугаться. Не учёл гормоны! Гормоны для нашей головы… Минное поле! Всё зло вечно отсюда. (Нервно обернулся.) Можно за мной не ходить?!

Эмма. Я спрашиваю: роешь? (Требовательно посмотрела.) Хорошо роешь?

Пярве (полез в рюкзачок. Извлекает скрепленные степлером бумаги. Многозначительно дал Э м м е понюхать). Расшифровка эсэмэсок, за последнюю неделю.

Эмма. Не показывай! Спрячь! Хочешь, чтоб они меня прикончили?!

 

П я р в е  с какой-то виноватой ужимкой возвращает бумаги в рюкзачок.

 

Так старается, так упёрся...

Пярве. Мудрец сказал: «Будь добр с дураками и женщинами, они тоже приносят свою пользу».

Эмма. Хамишь?

Пярве. Эмма… Как тебе перестать постоянно копаться в его телефоне и в машине?!

 

Э м м а   нервно рассмеялась.

 

Давай определимся. Эта работа для тех, кто, по склонности, не оставляет после себя следов!

Эмма. Вот ведь странный человек. Ждёшь, что я начну перед тобой отчитываться?

Пярве (подсунул ладонь ей под локоть). Время… друг тебе!

Эмма (оттолкнула его. Заколка, скреплявшая причёску, свалилась, и её волосы рассыпались по всему лицу). Запутал, как смог!

Пярве (снисходительно посмеивается). Можно, в принципе, и так сказать.

Эмма. Это такой твой ответ по поводу моей мысли?

 

П я р в е – снимает с головы парик, обнажив поседелый бобрик. Перешёл дорогу и поплёлся вдоль обочины.

 

(Кричит ему вслед.) Если ты обиделся, так тебе и надо!

 

·        8.   Московский переулок в районе Хамовников.   

Вдоль тротуара, разговаривая по мобильному телефону, прогуливается С т е ш а, машинально стряхивая с сапожек налипающую листву. Вздрогнула, услышав у себя за спиной визг шин по асфальту. Обернулась. Рядом с ней, врезавшись шинами в бордюр, притормозила легковая машина. Из машины выскочил П я р в е  и стал заталкивать С т е ш у  на заднее сиденье. Она упирается, – схлестнулись. Запихнув С т е ш у  в машину, П я р в е попробовал протолкнуть её вглубь, в намерении сесть рядом. Но       С т е ш а, резким ударом ноги в живот, валит его на тротуар. Выбралась из машины и начинает бить П я р в е сумочкой по голове.

 

Стеша. Привет, Пярве! А то скажешь, что я тебя не видела!

 

Кивнули друг другу – в знак приветствия: он снизу (пробуя встать на ноги), она сверху (язвительно посмеиваясь).

 

Идиотище. Ты здесь в засаде?.. Везде выследит.

Пярве. Всё делается для твоего удобства.

Стеша. Что за фантазии?

Пярве. Надо было бы, конечно... поизысканней.

Стеша. Разозлить меня хочешь? Что ты там на асфальте вынюхиваешь? (Ткнула его в лодыжку носком сапога.) Совмещаются функции сыщика и его сыскной собаки? Ну! Ради чего ты сюда прикатил?

Пярве. Так сложно тебе было выкроить минуту-другую в твоём напряжённом деловом расписании для меня!

Стеша. Вот это меня меньше интересует!

Пярве. Лучше было бы, конечно, поговорить за самоваром…

Стеша. Пьян уже по прибытии? (Чуть отошла в сторону, дав ему подняться.)

Пярве.  Соответственно, остался один путь – ассиметричный!

Стеша. Потренируйся на другом объекте! 

Пярве.  Вот это и есть твоя истинная сущность – надменность.

Стеша. Я – художник, и это даёт мне достоинство. Что там у тебя в левом кармане? (Присматривается.) Разберёмся с тобой, Пярве, по полной!

Пярве. Фигня! Я застрахован на приличную сумму!

Стеша. Ну, давай, расскажи мне. Как ты меня нашёл? (Фотографирует его на мобильный телефон.) От кого ты здесь?

Пярве (ощупывает языком кровоточащую губу). От себя.

Стеша. Сжигаешь организм работой… (Обнажив зубы, беззвучно смеётся.) Какой хоть у тебя гонорар?

Пярве (приглаживает пятернёй всклоченные волосы, отряхивается). Стою 70$ в час!

Стеша. А чего не делишься? Если умножить на часы и дни. Куснул на порядочную сумму!

Пярве. Цифры это не подтверждают!

Стеша. Так потеть!.. Постой. А если (как я люблю) предельно обострить? Я бы могла тебе доплачивать. (Улыбнулась с видом сообщницы.) Ну, немножко (немножко)!

Пярве. Вопрос улажен.

Стеша. От тебя потребуется показывать мне похабные отчёты, которые ты лепишь для извращенца-заказчика. (Наблюдает за ним с улыбкой.) Ну! Чего ты такой радостный?

Пярве (отвёл взгляд). Это не походит на умело сыгранную партию.

Стеша. Запомни! В конце концов мне надоест терпеть все неудобства, которые ты создаёшь!

Пярве. Так я плохой?

Стеша. Во всяком случае, сегодня ты… деятельный.

Пярве. Не обижайся, я вынужден. (Мнётся.) Я не самый догадливый детектив. Давай всё-таки пообщаемся!

Стеша. В машину я не полезу.

Пярве. По этому пункту согласен. Пообщаемся точечно!.. Аккуратно, по-моему, сказал.

Стеша. Стой, где стоишь! (Не сводит с него глаз.) Говори здесь!.. Большое заблуждение, что я как бы... поняла.

Пярве. Не обижайся, я вынужден. (Чуть помедлил.) Сам ненавижу бестолковщину. Будем искать отсюда: зачем, спрашивается, ты ходишь по гвоздям?

Стеша. Что значит «гвозди»?.. «Гвозди» – не очень умное слово! Этого не придумаю даже я!

Пярве. Себе же во вред!

Стеша. Вечные твои полуухмылки в ответ на вопросы.

Пярве. Что-то не то… с интонацией?.. Пойми, всего лишь хочу помочь растащить вас по углам.

Стеша. Брось это дело, Пярве. Не хочется препираться по пустякам.

Пярве. Подумай. Зачем загонять человека в угол? (С вымученной улыбкой.) А если он сорвётся и проявит эмоциональность?

Стеша. Пярве… Куча вопросов твоих… на которые я не стану отвечать! Что у тебя за профессия? Расставь наконец приоритеты! Неужели тебе хватает злобы заниматься этим долго?

Пярве. Терпение. Есть выход. Не то чтобы выход… Понятно, вокруг тебя многие крутятся. (Не удержался от усмешки.) Разыграй на стороне… скажем так, лёгкий застенчивый флирт.

Стеша. Это была плохо расслышанная шутка?

Пярве.  Нет, если просто порассуждать.

Стеша. Кому-то хорошо придумалось. (Натянуто рассмеялась.) Я даже не поняла до конца твой вопрос.

Пярве. Не ври.

Стеша. Начинает вилять...

Пярве. Если тебя не остановить...

Стеша. Не учёл моей брезгливости.

Пярве. Что ж ты врёшь все время?

Стеша. Придумал себе развлечение... с перерывами на сон. Ты скатился...

Пярве. Поможешь мне? Наверное, мы бы могли это устроить. Представлю Ефрему фото: ты – и любовник. Что, или лучше терзать друг друга? Рана, – которую ты и себе же наносишь!

 

Стеша. Это так, теория.

Пярве. Всё же передышка!

Стеша (косо на него посмотрела). Дай мне прежде в себе разобраться!

Пярве. Он трое суток ждал твоего звонка в Ницце! Поставил (скажем прямо) меня на уши!

Стеша. Произнося этот замечательный текст, Пярве… (Натянуто рассмеялась.) Сплошные скачки мыслей! У меня даже нет слов! Похоже, совсем мозгами заблудился.

Пярве. На третий день пришла эсэмэска: «Эй! Найдёте меня в Фигейросе»…

Стеша (с улыбкой наблюдает за ним). Портит мне жизнь своей слежкой…

Пярве. Он всему верит! И ты этим пользуешься!

Стеша. Вот именно. Подходит не всем!.. Меня это не пугает!.. Да, я люблю давать такие ласковые задания.

Пярве. А как быть с унижением?

Стеша. Да всё может быть. (Заносчиво выпрямилась.) И это тоже. Однако я так понимаю – пока обошлось?.. Не надо смешивать! Потому что не могу я делать два дела сразу!.. Не знал, что я люблю покусаться, поцарапаться вволю? Не путай меня! Видишь, я нервничаю. Застал врасплох, и потому я даже в ноты не всегда попадаю. Калечит вопросами... Наплодил только ещё больше вздора! Всё, Пярве! Я вашу глупость уже слушала. Эту тему обсуждать – явно не со мной.

Пярве (отступив к машине, опёрся на открытую дверь). Обопрусь слегка. Пока боль в ноге не утихнет.

Стеша. Наподдать тебе напоследок по башке? Это один из моих талантов. (Оторвала с его пиджака висящую на одной нитке пуговицу.) Объяснить – за что?.. Заставляешь меня доделывать чужую работу! Видишь, я тебе уже проболталась.

Пярве (хмуро). Приходится раздавать всем вокруг задания? Утомилась?

Стеша. Ну, кто тебя тянул? (С улыбкой наблюдает за ним.) Стоны тянутся километрами… Такие мустанги, как ты… они самые вкусненькие. Ещё есть идеи?..  Всё, информируй меня! (Запахнулась от ветра. Не оглядываясь, уходит.)

 

·        9.   Сквер Девичьего поля в Хамовниках.

Э м м а укрылась от дождя под кроной могучей липы; чуть в стороне, наполовину утонув в луже, мокнет сломанный зонт.

 

Пярве (возник из-за кустов). По мне, это неправильно. Вы стоите в луже, Эмма!

Эмма. Спасибо, я уже догадалась.

Пярве. Проводить вас к машине? В бардачке наверняка припасены трёхслойные салфетки. Подсказать способ, как обтереться насухо?

 

Э м м а – поглядела на часы.

 

Спасение рядышком!

Эмма. Не очень нужно!

Пярве. Мокнуть – плоховато.

Эмма. Это я буду сама решать.

Пярве (набросил ей на плечи свой дождевик). Интересная у вас заколка для волос! (Приглядывается.) Знак! суффийская печать!

Эмма (машинально поправила пучок волос на голове). Нельзя тебя, Пярве, к себе подпускать. Ибо ты опасен: мысли после тебя какие-то дурацкие привязываются, и хуже, что по ночам.

Пярве. Я бы не стал такой амулет – а это амулет – на себе носить! Понимающий человек разоблачит сразу ведьмовство. Усвоили этот мой весёлый урок? (Расстегнул мешковатый кашемировый клифт. Извлекает из внутреннего кармана фляжку.) Глотнёте коньячку? Вы заслужили! Такая попойка ничем серьёзным не угрожает!.. Чем хорош коньяк? После него подключается самое главное, что есть в организме, – желудок. (Дал ей отпить из фляжки и приложился сам.) Химия, знаете ли.

Эмма (закашлялась). И отключается мозг…

Пярве. Лимончик?.. Если приучать вас любить всё колючее… (Посмеивается.) Для аппетита! (Сделал ещё один глоток.)

Эмма. Ты не обязан, Пярве, меня развлекать. о и дело обращается взглядом к выходящему на сквер многоэтажному дому, с освещёнными до единого окнами, кроме трёх: G1 – G3.)

Пярве А то ведь строительный материал (то, что вы сейчас назвали: мозг) усохнет! (Проследив за её взглядом, набирает номер на мобильном. Приложил трубку к уху.) Звоню – всё время попадаю на автоответчик. (Прячет телефон в карман.) Что нами изучено? Вечером свет в квартире горел. Периодически грабили холодильник. Когда жизнь перевалила за полночь, музыка смолкла… Почему я всё так хорошо помню?

Эмма. У тебя там «жучки» везде стоят?

Пярве. Мир, к счастью, перерос эти архаичные технологии. (Допил из фляжки. Крякнул.) Потекло!.. рассасывается!.. (прикрыв глаза, поглаживает себя по животу) подступает! накапливается комок чудотворной энергии! Выталкивая нас из прямоугольной системы координат! (Изо рта вырвались гортанные звуки.) Кур-кур-жа! Кур-кур-га! (Циркулирует взад-вперёд мелкими шажками, шлёпая по лужам.) Кур-кур-ча! Кур-кур-ца! Вот мой язык! Курлы-курлы! (Хохотнул.) Даю альфу и омегу! Секрет охраняется посвященными!

Эмма. Пярве! Сколько можно крутить на магнитофоне эту плёнку?

Пярве. Если вы не понимаете моего поведения – так что?.. Бывает, что просто уносит потоком! И это замечательно! Замечательно вот так, вдруг, без посредников, поговорить со своим мозгом! (Его глаза закатились, обнажив белки.) Цоп-цоп-цоп!.. Цоб-цобе! Крутит из тела верёвки! Лучше вам не знать!.. Цип-цип-цип! (Загадочно подмигнул.) Споём сердцем! Побасим! По сигналу! Подпевайте! (Прокашлялся, приготовив горло.) Пест-ня! (Звучит мистический по своей полётности голос.) «Ах ты, степь широ-о-ока-я,/ Степь раз-до-о-ольна-я,/ Широко ты, ма-ту-у-шка,/ Про-тя-ну-у-ла-ся!/ (Стоит посреди лужи, стиснув руками голову, покачиваясь.) Ой, да степно-о-ой о-рёл/ Подыма-а-ает-ся…» (Смахнул рукой выступившую слезу.)

Эмма. Умничка, Пярве! Впечатлил!

Пярве. Это для вас я… (его глаза расфокусировались) Римас Пярве! Есть нечто такое во мне, что не есть умение… или знание. В определённых кругах пространство моё дозируется, как пространство Цап Царапыча! (Расправил мускулы.) Хрясь! – проблема скончалась! (издал серию звуков) и кто бы под руку ни попал, – как плевок в полете!

Эмма. Мы наслышаны.

Пярве. Скажу по секрету! Так бы ни за что не сказал! Бывает, жена отсекает меня от входа на кухню; рычит: не суй пальцы в розетку!.. С кем я?! Тотальное захламление амбивалентностью? Что я? Чувствую себя и розеткой, и женой!.. Излагаю для тех, кто в этой жизни пропустил.  

Эмма. В конспект записать?

Пярве. Мои слова для уха бывают неприятными: заставляют смещаться из одной плоскости восприятия в другую. Как-то вот всё путано, да? Но вы, Эмма, как дама, весьма утончённая… В вашем случае разность потенциалов будем гнать в другую сторону: от корня!..  свивая, скручивая в релятивистский пучок! Цоб-цобе… Залить мозги под риску! (Берёт её за запястье.) Раскройте ладошку!

Эмма. Вы меня ничем уже не удивите, Пярве.

Пярве. Боюсь, чтоб вы не устали; а я способен! (Изучает рисунок её ладони.) В чём нас пытаются убедить эти линии? Треугольник, и каждая сторона находится в пограничном состоянии. Такая ладонь не помещается в трёхмерном пространстве. Пытаюсь не произнести очевидный ответ: случайные импульсы происходят пачками! Угроза очень мощного нервного срыва!.. Получается, вы жиже, чем надо.

Эмма. Извиняюсь перед профессионалами…

Пярве. Слышали о «ненасытной Капитолине»? Засасывает материю: выпьет все семя!.. Ловушка! И только фантики наружу сплевывает: «Тьфу»! (Подмигнул, после чего захохотал.) «Зубастое лоно»!

Эмма. Балбесничаешь!.. Объясни уже добросовестно! Она там в квартире одна?

Пярве (со вздохом). Вопроса этого не миновать.

Эмма. Считаешь, ты мой единственный источник информации? «Доброжелатели» оповещают!

Пярве. Зачем вам такое противное завершение интересного дня?

Эмма. Разве я об этом спросила?

Пярве. А я сказал не только это!

Эмма. Ты перестал думать, Пярве?

Пярве. Разговор перескочил на территорию патогенную. У вас жар. Поезжайте домой. Вам следует принять внутрь от простуды.

Эмма.  От этого меня уже другой доктор лечит!

Пярве. От жара клетки мозга слипаются, превращаясь в свиной паштет! Пожалуйста, Эмма, объясните это себе!

Эмма (стараясь высвободить руку). Этот Пярве!..

Пярве. Спустили на меня своих кошек?

Эмма. Я кому-то осталась должна?

 

Обернулись на звуки приближающихся шагов. Из-за деревьев показался Е ф р е м. 

 

Ефрем. Пярве! (Помахал ему в приветствие двумя пальцами.) Велосипед всё ещё бегает?

 

П я р в е снял шляпу, чтобы пожать ему руку.

 

Прольём свет: ты шумишь?! Ворон спугнул! Должно быть, о ведро споткнулся? Тут же откликнулись псы, развивая музыкальную тему! Самородок оголтелый. «Бедный Йорик».

Пярве. Убей – не понял…

Ефрем. Ещё бы! (Коротко рассмеялся.) Такого имени на свете больше нет! (Покосился на Э м м у.) Так бывает, когда нет чёткого понимания: то ли ты спал, то ли бодрствовал… (Ступил ногой в лужу. Чертыхнулся.)

Пярве. Так устроен этот мир; спросонья разве разберешь? Про это разговариваем?

Ефрем. Первый вопрос к тебе, Эмма. Хочется спросить о здоровье, (лукаво откашлялся) но поинтересуюсь погодой. «Проезжал мимо», заметил на обочине твой кабриолет.

Эмма. Чему посвящено твоё выступление?

Ефрем. Что я не так сказал?

Эмма. Упорно нетрезв?

Ефрем. А, в этом смысле? Постой… Мы разве сговорились быть скучными? Может, спрошу не по теме: клубничный рулет будете? Какую именно его часть – в середине или с краю? Как я сказал – клубничный? Соврал по-троешному!.. Всё, поросята, угощайтесь! (Передаёт П я р в е ключи от машины.) Пакет с выпечкой, – на переднем сиденье!.. Пярве! Стой!.. Если перед этим хорошенько устанешь, можешь не возвращаться! 

 

П я р в е – уходит.

  

Твоя диета нечто такое позволит? Я имею в виду… если соотнести с текущей реальностью. Забыл! О чём я?

Эмма. Чьи вредные привычки более опасны – мои или твои?

Ефрем (пожевал губами). Ответ… достойный обдумывания.

 

Молчат, избегая встречаться глазами.

 

Хотел, знаешь ли, мысль пробросить. (Виновато посмеивается.) Или у меня опять сбоит в голове: мысль – рассосалась. Так, словно бы вынырнул на поверхность удушающего сна. Представляешь? (Взял её за плечи и развернул к себе.) Температурный взгляд!.. У тебя жар!

Эмма. Кому адресовалось, мне?

Ефрем. Будем как-то реагировать?.. Ничего, я спрошу ещё раз.

Эмма. Тараторишь, как обрадованное дитя. А меня ты, вообще-то, узнаёшь – в своём сне?

Ефрем. Сны не пронумерованы, в этом проблема. По словам Пярве, можно забуриться в минусовую вечность! (Застёгивает пуговицы на её плаще.) Зачем нам это? Не хочется упорствовать в бестолковых ходах!

 

 Э м м а – отвернулась, в глазах стоят слёзы.

 

Решил, такая благодатная тема может поддержать наш разговор. Ладно, не сработало.

 

Появляется П я р в е  с пакетом в руке.

 

Пярве! Живо проводите Эмму к машине! Её знобит! Не понятно, почему вас не пробила эта мысль!

Эмма. Одна дойду. (Пробует обойти лужу. Провалилась каблуком в размокший грунт. Снимает туфли. Уходит, шлёпая по лужам: будто бы в забытьи, – огибая ограду сквера, – к своей машине.)

Ефрем (забрал у П я р в е пакет с выпечкой). Не там применяем свои нервы! (Откусил кусок пирога.) Можешь, Пярве, меня перебить. (Жуёт.) Глухой молчок!.. Пора бы тебе уже что-то ответить!

Пярве. Тянете не ту тему!

Ефрем. Свирепый, разгрузил бы душу!

 

Услышав, что за спиной хлопнула дверца машины, обернулись. Ждут, зашуршат ли шины по асфальту.

Морось сменилась набирающим силу дождём.

 

Боль сжимает!.. мозги!.. как кулак!.. Так красочно представил…

Пярве. Болтовня – плесень!

Ефрем. «Пинкертон», что называется. Рожа кирпича просит. Я, в отличие от тебя, более милосерден.

Пярве. Надо ли было тебя будить?.. Теперь мне уже не узнать.

Ефрем (развернулся к дому, выходящему фасадом в парк. Ищет глазами окна седьмого этажа). Пярве!.. Что тебе говорят твои суккубы и инкубы?

Пярве. Звоню – всё время попадаю на автоответчик.

Ефрем. Она там одна? Во сколько домой вернулась? Должен был отработать вопрос!

Пярве. Всё подробно изложено в восьмом томе моего «Экспозе».

Ефрем. Вот-вот! Накидал слов…

Пярве. Ефрем!..

Ефрем. Ну!..

Пярве (наблюдает за ним). Есть желание встретиться с матерью Стефании?

Ефрем. Почему ты такой довольный?

Пярве. У меня есть адрес.

Ефрем. Дай вздохнуть.

Пярве. Всегда имеется очень лёгкое решение неверное.

Ефрем. Тогда ладно.

Пярве (шепчет в кулак). Кур-кур-жа, Кур-кур-га!..

Ефрем. Не балагурь, Пярве!

Пярве (с каким-то кудахтаньем). Кур-кур-ча, Кур-кур-ца! Цоб-цобе…

Ефрем. Символика зашкаливает! Дай отдышаться!

Пярве (с виноватой ужимкой). Пять минут поговорили – мне хватило.

Ефрем. Видишь! Эмоции у нас с тобой, по-видимому, есть.

Пярве. Разве что путь тормозной у тебя длинней, а у меня – короче.

Ефрем. Что на это сказать? Надо бы ещё расследовать – за счёт чего ты тормозишь? Нога там, в сущности, или копыто?

Пярве. Вдруг у тебя есть такая же особенность?

Ефрем. Что-то ты издалека зашёл. А? (Набирает номер на мобильном. Ждёт. Прячет телефон в карман.) Чувствуешь себя и женой, и розеткой? Увидел опять под таким углом?.. Не забудь потом рассказать, чему ты ухмыляешься! (Прислушивается секунду-другую. Обернулся.) Что-то я пропустил: машина Эммы здесь? (Ищет глазами.) Не слышал, чтобы заводили двигатель.

 

Запиликал мобильный. Е ф р е м ощупывает карманы. Наконец извлекает телефон. Посмотрел на экран. Прервал вызов.

 

Пярве. У меня слабость ко всему экзистенциальному. Вот вам пример. Скучным голосом спрашиваю. Секрет выживания?

Ефрем (вопрошающе взглянул на него). Даже неловко, что задаёшь такой простой вопрос.

Пярве. С вами случилось страшное счастье, если буквально.

Ефрем. Пожалуйста, чья цитата?

Пярве. Хочешь, чтоб я Фейербаха назвал?

Ефрем. Трусливо пресмыкаешься перед Фейербахом… С какой такой кочки синайской он тебе вещал… Фейербах. Это место отсюда просматривается?

Пярве. О, куда нас заносит!.. Я выступлю в твою защиту, как ни парадоксально. Может, у тебя рефлекс такой удивительный! Считаю, вполне.

Ефрем. Твой вклад?

Пярве. Кто понимает, конечно.

Ефрем. Нашёл к чему придраться.

Пярве. Тебе будет радостно услышать.

Ефрем. Ну, возможно, кто-то так думает. Тем более, если всё объясняется бредом. (Задумчиво пощипывает подбородок.) Считается, это даёт преимущество!

Пярве. Ты всё-таки что-то пропустил.

Ефрем. Теперь послушай меня, Герр Пярве! Садись на свой велосипед, – дуй отсюда!

Пярве. Извини, не хотел тебя перебивать. Давай говорить хотя бы по одному с каждой стороны!

Ефрем. Закрой дверь за собой! Такой план!

Пярве. Не очень заботишься, чтоб быть понятным... Никакой стабильности.

Ефрем. Проклевал до дыр… Берём с тебя обещание не появляться сегодня! Почему это важно? Мы ценим твоё умение понимать шутки!.. Будет много работы! Ещё увидимся! Э! Разгрузи голову!

 

П я р в е, спрятав уши под шляпу, побрёл вдоль обочины. Сливается с темнотой.

Е ф р е м какое-то время постоял, упёршись взглядом в лужу перед собой. Обернулся. Разглядел сквозь мокрую листву машину Эммы. Увидел её лицо, прижатое к стеклу. Проследил за её взглядом… Нашёл глазами на седьмом этаже затемнённые окна, выходящего фасадом в парк дома. Стоит, ёжась под порывами ветра. Стряхивает с бровей, с носа капли воды…

 

Дождь усиливается.


Яндекс.Метрика
Flag Counter
Flag Counter